Спецпроекты
Вход
x
Оплатить подписку
x
Нажимая на кнопку «Оплатить», я:
1270937

XXI век: Новая фармацевтическая реальность

Ситуация VI. Сверхфармация сверхмалых доз (ч. 3)

Гандель Виктор Генрихович
Член–корр. Международной академии интеграции науки и бизнеса (МАИНБ), к.фарм.н.

Литературное наследие Ганемана включает 103 оригинальных трудаи переводы сочинений других авторов (с английского, французского, итальянского и латинского), имеющие отношение к химии, фармации и медицине, а также свыше 200 писем, в которых излагаются взгляды Ганемана на различные вопросы гомеопатической теории и практики[1].

Современники Ганемана, включая и аптекарское, и медицинское сословие, в массе своей не смогли по достоинству оценить и принять его взгляды, которые были для них слишком новы, смелы, непривычны, непонятны. Настоящая армия его последователей сформировалась позднее, во второй половине XIX в., когда особенности гомеопатического подхода к лечению и его результаты стали доступны для понимания, осмысления и воспроизведения: гомеопатия широко зашагала по планете.

Одними из первых, признавших учение Ганемана, были гомеопаты Российской империи. Общепризнанным центром развития его учения стала столица империи — Санкт–Петербург, в течение XIX — начале XX вв. находившаяся на острие теоретических, а главное — практических направлений учения Ганемана.

В 1824 г. племянник первой жены Самуила Ганемана академик Триниус был назначен лейб-медиком царской семьи: это был первый в России врач, который открыто объявил себя гомеопатом и прекратил применять методы аллопатии.

23 октября 1833 г. император Николай I своим указом "О наблюдении за лечением по гомеопатической системе", где говорилось о внедрении в лечебную практику этого метода с использованием гомеопатических лекарств, фактически дал широкую дорогу развития гомеопатии в стране. Мощную идеологическую поддержку учению Ганемана оказала (и оказывает) русская православная церковь, усмотревшая в его взглядах сосредоточие веры в исцеление, веры в искренность намерений целителя, твердость духа и сбережение тела…

Первое гомеопатическое общество (ВГО) в России было организовано в 1858 г., в 1870 г. министр внутренних дел Тимашев утвердил его устав. Общество пользовалось поддержкой царской семьи и покровительством высших слоев духовенства, на средства первой в России центральной гомеопатической аптеки Ф. Флеминга издавало журнал, активно занималось благотворительной деятельностью.

Фундаментальному становлению и укоренению гомеопатического метода в России способствовали выдающиеся врачи-гомеопаты Н. Мордвинов, В. Даль (филолог, автор "Толкового словаря великорусского языка", по образованию врач), К. Боянус, Л. Френкель, Ф. Адам, О. Вагнер, К.–Ф. Виллерс, А. Дельмас, Р. Стендер, А. Фейер, И. Казакевич, Э. Линд, Д. Обломиевский, О. Шеринг и др.

Большое общественное значение для российского общества имели публичные лекции доктора Л. Бразоля в 1887 г., в которых приводились доказательства активности действия малых концентраций веществ, подчеркивалась высокая чувствительность к ним больных органов и систем, а также эффективность щадящего лечения с их помощью. Лекции заканчивались словами: "Бесконечно малые причины влекут за собой бесконечно великие последствия, и, таким образом, человеческий организм, да и все в природе, есть не что иное, как гомеопатическая лаборатория"[2].

Гомеопатия в России в XIX в. развивалась благодаря обширной плеяде врачей–энтузиастов, сумевших объединить единомышленников и распространить метод во всех частях империи. К 1896 г. уже существовало не только Санкт–Петербургское общество врачей-гомеопатов, но также Московское, Киевское, Одесское, Черниговское, Харьковское, Полтавское, Виленское, Варшавское и др. Членами различных обществ были родственники царской семьи, представители духовенства и Государственной Думы того времени, что подчеркивало и укрепляло авторитет гомеопатии в общественной среде.

В 1899 г. император Николай II утвердил еще один акт в поддержку гомеопатии: решение комитета министров об уравнении в правах врачей-гомеопатов и фармацевтов-гомеопатов с их коллегами от аллопатической медицины.

К 1900 г. в Санкт–Петербурге — столице российской гомеопатии — активно функционировали 1 больница, 32 аптеки, 16 отделов в традиционных аптеках, издавались 2 периодических журнала, 150 врачей-гомеопатов вели практику.

Начало XX в. — период наивысшего расцвета гомеопатии в нашей стране: дореволюционная Россия, наряду с первой и второй родиной гомеопатии — Германией и Францией, считалась одним из признанных мировых центров этого метода диагностики и фармакотерапии.

К этому времени гомеопатия нашла своих последователей практически на всех континентах планеты, включая Австралию и Новую Зеландию — развитые доминионы Британского Содружества наций.

Путь гомеопатии к мировому признанию не был простым, таковым он является и сегодня. Конец XIX — начало XX в. — период консолидации нападок, критики и непризнания учения Ганемана. Англоязычные страны Британской империи, включая 13 американских колоний, Индию, некоторые территории Вест-Индии, Канаду, Южноафриканский союз, Ирландию, консолидировали усилия по дискредитации гомеопатии, к которым присоединились США и собственно метрополия Великобритании. Общность языка способствовала распространению антиганемановских взглядов, включая практики псевдогомеопатии, особенно укоренившиеся в американском обществе, включая Американский институт гомеопатии. Малообразованные «эскулапы» рядились в тогу гомеопатов в интересах наживы и дискредитации конкурирующего учения, что нанесло ему серьезный ущерб. Национальная служба здравоохранения Великобритании (NHS), как и аналогичные ведомства ряда других стран "золотого миллиарда", и сегодня не оставляет попыток наложить запрет на назначение пациентам гомеопатических средств, аргументируя эти намерения словами исполнительного директора NHS Симона Стивенса: "В лучшем случае гомеопатия — это плацебо, и ее применение — это злоупотребление дефицитными фондами NHS, которые можно было бы направить на финансирование действительно эффективного лечения"[3].

Несомненно, гомеопатия на уровне ментального восприятия располагается на границе (в пространстве) между преимущественно материальным и преимущественно духовным, т.е. между фактом (де-юре) и представлением (де-факто). Говоря простым языком: первое можно "пощупать", второе — представить. Этот дуализм вечен, по крайней мере, с позиций нашего сегодняшнего понимания мироустройства.

Когнитивное обозрение гомеопатии в рамках концепции дуализма, как это ни покажется странным, некоторым образом коррелирует с "Космогонической концепцией" моего почти однофамильца Макса Генделя, американского эзотерика датского происхождения, описавшего принципы здоровья и целительства в одноименном труде[4]. Автор артикулирует свои позиции в предисловии к книге следующим образом: "Христос напутствовал Своих учеников так: "Проповедуйте Евангелие и исцеляйте больных. Поддержание здоровья, имеющегося или восстановленного, требует знания Евангелия, или законов Бога, и потому в свете этого двоякого предписания Великого учителя данная книга посвящается страждущему человечеству. Возможно, содержание ее страниц, насыщенных любовью и сострадательным пониманием преданного Богу сердца автора, даст новое утешение и облегчение тем людям, чьи сердца скорбят, а тела страдают, и приблизит день появления более совершенных проводников человека".

Другими словами, утешение и облегчение, даруемые гомеопатической фармацией пациентам гомеопатической медицины, несомненно, имеют в своей основе элемент веры (добровольно принимаемого внушения и самовнушения), т.е. привязки положительной вербальной или считываемой информации к фактическому (реальному) объекту (субъекту терапии — пациенту), предположительно приводящей, говоря современным языком, к выработке соответствующих такому воздействию нейромедиаторов, в частности, эндорфинов и, возможно, нейропептидов, регулирующих реакции врожденного или адаптивного иммунитета.

И, конечно, самое главное — это личный настрой на выздоровление как основа комплаенса.

Вернемся, однако, в век XX, сыгравший исключительную роль в развитии гомеопатии. Это был век ее взлетов и падений, век непрерывного волнового движения с постепенным прирастанием "гомеопатической" ценности, как сегодня формулируют жизненный цикл явления (события) сторонники системного, процессного и ситуационного подхода. Скажу сразу — исключительную роль в становлении мировой гомеопатии в этот период сыграли пациентки-женщины, которым фармация во многом обязана своими достижениями как в сфере инноваций, так и главным образом в сфере управления и потребления, как я уже отмечал в предыдущих публикациях.

Апофеозом дореволюционной российской гомеопатии становится I Всероссийский съезд ее последователей, состоявшийся в 1913 г.

Переворот 1917 г. нанес сокрушительный удар делу Ганемана в России. Первый советский нарком просвещения А. Луначарский, марксист, революционер, выпускник Цюрихского университета, большую часть жизни проживший в Швейцарии и Франции, первым из государственных деятелей признал гомеопатию реакционным идеалистическим учением со всеми вытекающими последствиями: учение Ганемана объявляется «почти вне закона». Гомеопатия не запрещается, но практически переходит в «спящую фазу». В период репрессий 1937–1938 гг. ВГО, насчитывавшее к этому времени 80 лет существования, их них первые 60 лет исключительно плодотворной деятельности, расформировывается, врачи-гомеопаты подвергаются преследованиям, многие из них арестованы и (или) расстреляны.

В период войны и в послевоенные годы было не до гомеопатии: необходимо было восстанавливать разрушенное народное хозяйство страны. 30-летнюю паузу в активном преследовании учения Ганемана прервал в 1968 г. влиятельный министр здравоохранения академик Б. Петровский, предложивший Верховному Совету СССР полностью запретить гомеопатию в стране, что, к удивлению, было отвергнуто комиссией по здравоохранению. Позже, однако, выходит приказ Минздрава СССР №610 "Об усилении контроля за работой и регламентацией дальнейшей деятельности врачей–гомеопатов и применением в лечебной практике гомеопатических лекарственных средств", запрещающий преподавать гомеопатию, издавать соответствующую литературу, использовать многие гомеопатические препараты.

Каким бы тяжелым ни был для гомеопатии период 1917–1991 гг., в стране всегда находились врачи, не прекращавшие гомеопатическую практику, и всегда были пациенты, предпочитавшие получать лечение именно этим методом.
-----
[1] https://1796web.com/homeopathy/works.htm
[2] http://www.fitasyntex.ru/gomeopatia/istoriya-gomeopatii
[3] http://lib.komarovskiy.net/velikobritaniya-ustanovila-zapret-na-ispolzovanie-gomeopatii.html
[4] Гендель Макс. Эзотерические принципы здоровья и целительства. Сборник. Пер. с англ. М.: ЛИТОМЕД, 2005. 336 с.

Гандель Виктор Генрихович
Кейс «Аптечной сети 36,6»: как ИИ навел порядок в журналах уборки

Искусственный интеллект перестал быть абстрактной технологией будущего — сегодня это рабочий инструмент, который уже помогает аптечным сетям и фармкомпаниям сокращать рутину, обрабатывать массивы данных и разгружать сотрудников. Но его влияние шире: ИИ меняет подходы к управлению ИТ-процессами и открывает зоны оптимизации, о которых раньше не задумывались. Один из примеров — «Аптечная сеть 36,6», где с помощью собственной ИИ-разработки автоматизировали контроль журналов уборки. О том, как это изменило работу, на «Форуме ИТ и инноваций» рассказал руководитель управления по развитию корпоративных систем Юрий Петрук.

Российские и зарубежные препараты «прорывной терапии» 2026 года

В обзоре «МА» представлены инновационные лексредства I полугодия 2026 года, удостоенные статуса «Прорывная терапия», которые уже сегодня меняют подходы к лечению тяжелых заболеваний.

Перспективы российского фармпрома зависят от политической воли

В условиях глобальных изменений и внешних вызовов последних лет отечественные фармацевтические производители демонстрируют устойчивый рост бизнеса. И это притом, что производство лекарств — капиталоемкий процесс с дальним горизонтом окупаемости, где, тем не менее, можно выстоять, удерживая баланс между выстраиванием собственной стратегии и умением быстро адаптироваться к меняющимся условиям (от санкций до изменений в госрегулировании). В эксклюзивном интервью «МА» представители «Петровакс Фарм» — Кирилл Данишевский, вице-президент по корпоративным коммуникациям, Анастасия Старикова, управляющий директор розничного бизнеса, и Илья Соколов, руководитель отдела по развитию бизнеса в странах ближнего и дальнего зарубежья «Петровакс Фарм» рассказали об актуальном состоянии отечественной фарминдустрии и очертили ее перспективы.

Карточка товара в интернет-аптеке: как повысить конверсию и не нарушить закон

В офлайн-аптеке фармацевт видит покупателя и понимает, что ему нужно. В онлайне вместо живого диалога — 5-15 секунд на изучение карточки товара. Если она не убедит, клиент уйдет, а за ошибки в контенте отвечает платформа.

О том, как совместить продажи, доверие и соблюдение закона, рассказала Надежда Патрикеева, ведущий продакт-менеджер АО «Промис».

Что грозит дистрибутору, когда контроль передан, но не обеспечен

Многие процессы в дистрибуции кажутся отлаженными ровно до того момента, пока незначительный сбой не обнажает иллюзорность управления. Опыт подтверждает: формальное соблюдение Надлежащей дистрибуторской практики (GDP) и четкая регламентация функций сами по себе не гарантируют безаварийности. Критическое значение приобретает иное — реальная, подкрепленная доказательствами управляемость операциями, которая немыслима без прозрачного разграничения полномочий.

Тайна «Жизненной эссенции»: история одного лекарственного препарата

«МА» совместно с Ассоциацией «Национальный институт истории фармации» продолжает цикл публикаций, посвященных истории фармации. Сегодня рассказываем об исследовании заведующего аптекой Военно-медицинской академии имени С.М. Кирова Евгения Ивановича Маренича. Находка на блошином рынке — старинный флакон с надписью «Настоящая жизненная эссенция доктора Гродницкого» — стала началом исторического расследования. Что скрывается за этим мистическим названием?

Сценарии работы медпредов в условиях топливного кризиса

Топливный кризис в России, ударивший по логистике, поставил перед фармотраслью новые вызовы. В условиях дефицита бензина и роста транспортных издержек медицинские представители столкнулись с необходимостью пересмотра привычных маршрутов и форматов работы, а руководители компаний — с задачей оперативной трансформации моделей полевых продаж.

Россия обеспечит себя своими препаратами из плазмы крови

В 2027 году заработает производство полного цикла первых российских препаратов из донорской плазмы крови, которое позволит заместить импорт. Создание таких препаратов — стратегически важная задача, актуальность которой отмечена в указах Президента РФ.

Бренд работодателя, адаптация зумеров и кадровый резерв: главные HR-тренды фармы

Сложная экономическая ситуация меняет ожидания фармспециалистов. Вместо мобильности они выбирают стабильность. Желающих перейти на новое место становится меньше: сотрудники не готовы менять работу без серьезных оснований (переезд, семейные обстоятельства). Веская причина для увольнения — ощущение нереализованности и неудовлетворенность текущими задачами.

Будущее фармотрасли строится на глобальном партнерстве

Фармацевтическая индустрия остается одной из самых высокотехнологичных отраслей, где ключевым драйвером роста выступает многоуровневое партнерство. Мировая практика однозначно свидетельствует: построение суверенного производства инновационных препаратов в изоляции невозможно без международной кооперации и активного обмена компетенциями.

Cпецмероприятия
X