Ее Величество Цена. Что скрывается за цифрами?

Именно их винят в сложившихся проблемах фармацевтического сектора, и одновременно видят в них инструмент выживания.
Вот и на февральском саммите Pharmbusiness–2020 тема цены звучала едва ли не в каждой сессии.

Ценообразование как фактор, препятствующий развитию производства отечественных субстанций, становится решающим, что особенно важно в условиях т.н. "китайского кризиса" и начавшихся перебоев с поставками активных фармацевтических субстанций из Индии. Массовый пересмотр цен на препараты из перечня ЖНВЛП. Предоставленная п. 9 ст. 61 Федерального закона №61–ФЗ "Об обращении лекарственных средств" возможность скорректировать цену в ручном режиме и полное отсутствие правоприменительной практики по ней. Продолжающееся "вымывание" лекарственных препаратов стоимостью до 50 руб.

Ценовая конкуренция как основной формат конкурентной борьбы. Всеобщий демпинг, ставший одним из главных принципов даже при составлении маркетинговых контрактов. И просьбы следить за ценностью своих препаратов и не превращать их в мусор...

Иными словами, цена лекарства — это системная проблема. А может быть, отражение системных проблем?

Эксперты Темы номера постарались разобраться в этом многоаспектном вопросе, где острые проблемы сегодняшнего дня смешались с проблемами хроническими, существующими с момента вступления в силу 6–-ФЗ и даже ранее.

Начнем с неудобств "симптоматических" и пока еще внесистемных. Первое из них начинается через три месяца с небольшим.

МАРКИРОВКА — НЕ РОСКОШЬ, НО ДОРОГОЕ УДОВОЛЬСТВИЕ

1 июля 2020 г. Приближения этой даты фармацевтическая отрасль ожидает со смешанными чувствами. Не в последнюю очередь, из-за цены.

Как замечает совладелец завода "Озон" Виталий Алейников, производительность в системе маркировки упадет в лучшем случае на четверть. Из–за этого на 33% увеличится нематериальная составляющая себестоимости лекарства. Если же говорить о полной себестоимости — она, по предварительным оценкам, вырастет на 15–20%. Даже не учитывая многомиллионные вложения в оборудование.

Вопрос о компенсации этих издержек за счет сегмента "не–ЖНВЛП" остается открытым для компаний, специализирующихся на жизненно важных. У ряда предприятий доля лекарств, включенных в Перечень, составляет 75–80%. А это значит, что у фармацевтических заводов изменится прибыльность.

Для лекарственных средств стоимостью до 50 руб. чувствителен и так называемый "маркировочный сбор" по 60 коп. — обращает внимание замдиректора по коммерции и логистике МНПК "Биотики" Кирилл Зайцев. Если цена препарата 24–25 руб., то пресловутые 60 коп. за маркировку — это 2,5% от стоимости упаковки.

Дополнительные расходные статьи появляются и в аптечном сегменте — ведь с внедрением маркировки необходимо приглашать на работу дополнительных сотрудников, предупреждает Александр Миронов, генеральный директор рязанской сети "Аптека Фарма". Для приемки фармацевтической продукции действующих кадровых ресурсов может просто не хватить.

Что же дальше?

НЕ ПЕРЕЛОЖИТЬ РАСХОДЫ НА ПАЦИЕНТА. НО КАК ЭТО ТЕХНИЧЕСКИ?

"Так сложилось, что все происходящие «улучшения» осуществляются, как правило, за счет кармана конечного покупателя. Но в текущей ситуации, когда доходы населения не растут, — скорее всего, увеличение расходов, связанных с маркировкой, большей частью может быть нивелировано повышением эффективности бизнес–процессов всех участников: от производителя до аптеки, — прогнозирует директор по развитию ООО ФК "Пульс" Сергей Еськин. — Если попытаться переложить это на конечного потребителя, закономерной реакцией будет сокращение объема потребления лекарств. Что, несомненно, скажется на здоровье человека. Если же внедрение маркировки приведет к снижению эффективности бизнес–процессов из–за качества реализации по всей цепочке — закономерно ожидать повышения наценки у некоторых дистрибуторов".

Итак, первый и очевидный эффект маркировки — подорожание лекарств. И его закономерное последствие — сокращение объемов фармацевтической помощи. Как же насчет бизнес–процессов?

Повышение их эффективности — задача сложная. И далеко не всегда посильная для предприятия. Регуляторно–экономический ресурс справится с нею с меньшими побочными эффектами и с меньшими потерями для всех, от завода до пациента. Например, путем субсидирования или налоговых льгот. Получается, цены и издержки — это не проблема, а самый очевидный симптом маркировки.

НЕЗАМЕЧЕННАЯ МИКРОЭКОНОМИКА

"Методика не предполагает поправок на обоснованные различия в уровне цен для рынков с различной покупательной способностью, при поставках в коммерческий и госпитальный сектор; сезонные колебания цен и пр. Микроэкономические факторы, такие как разница в ценах для связанных и независимых сторон, базис поставки, различная себестоимость материалов, труда и др., также не принимаются во внимание при расчете предельной отпускной цены в целях ее регистрации в РФ", — комментирует Виктория Самсонова,руководитель практики по работе с компаниями сферы здравоохранения и фармацевтики КПМГ в России и СНГ.

Получается, именно бизнес–процессы и оказались "за кадром". А ведь именно на их оптимизацию и надеются порой как на резерв в ситуации увеличения издержек. Незамеченная микроэкономика приводит к парадоксальным последствиям: в течение десятилетия 2009–2019 гг. цена препарата из перечня жизненно важных подрастает... на целых семь рублей. При этом инфляция по самым скромным подсчетам составляет 60%. Как убрать отраслевой риск

Уменьшать цены, закрывая глаза на издержки — путь не всегда результативный. Резервы предприятия — как резервы любого живого организма: наступает момент, когда их "оптимизация" попросту невозможна.

Можно ли снизить цену на лекарство без ущерба для пациента и для производящего лекарство предприятия?

Можно — путем сведения к минимуму отраслевого риска, поясняетдиректор Института экономики здравоохранения НИУ ВШЭ Лариса Попович. Чтобы убрать эту составляющую цены, необходимо установить для фармацевтического производителя определенные гарантированные объемы реализации лекарственной продукции. Ведь в чем суть отраслевого риска? В невостребованности, т.е. в отсутствии продаж.

Если же реализация будет гарантируемой и прогнозируемой, то появляется возможность значительно уменьшить цену продукта. А вот рентабельность фармацевтического предприятия при этом сохранится на должном уровне. Что немаловажно, особенно в условиях сегодняшних "вызовов времени".

ЧТО ОБЩЕГО У КОРОНАВИРУСА И ДЕВАЛЬВАЦИИ?

И то, и другое, точнее, оба фактора вместе, значительно повлияет на цену фармацевтических субстанций, а значит и на себестоимость производства лекарств, предупреждает Николай Беспалов, директор по развитию аналитической компании RNC Pharma.

"Глобально изменить рентабельность можно только за счет формирования полного цикла производства на территории России и развития экспорта, — поясняет эксперт. — Разумеется, не в отношении всего ассортимента лекарств, имеющихся в обращении, а по препаратам, которые критически важны для российской системы здравоохранения".

Решение задачи снова упирается в ценообразование. Отечественные заводы к производству субстанций готовы. Создаются и регистрируются активные ингредиенты, которые еще недавно были исключительно импортными, как правило, китайскими или индийскими. Проблема возникает на стадии определения цены. Как заметили участники саммита Pharmbusiness–2020: мы готовы хоть сейчас перейти на субстанции, которые производят коллеги, но действующая методика ценообразования не дает возможности поднять цену лекарства... хотя бы до себестоимости этих самых субстанций.

Здесь ценовой фактор — уже не в роли производной. Напротив, именно он запускает цепочку процессов.

НМЦК и... СНОВА ДЕВАЛЬВАЦИЯ

Барьер из цен не могут преодолеть и государственные аукционы. Проблема, отмеченная в 2019 г., остается и в 2020-м. Как замечает депутат Госдумы, председатель подкомитета по бюджетам внебюджетных фондов Комитета по бюджету и налогам в рамках Межфракционной рабочей группы по совершенствованию законодательства в сфере лекарственного обеспечения граждан и обращения ЛС Айрат Фаррахов, порядок определения начальной (максимальной) цены контракта, утвержденный приказом Минздрава России от 19.12.19 №1064н, сохраняет ключевые недостатки старого приказа №871н, что может повлечь признание закупок лекарственных препаратов несостоявшимися.

Риски срыва лекарственного обеспечения, обусловленные новым порядком обоснования НМЦК, являются высокими. И снижены они могут быть изменениями иных положений законодательства о контрактной системе в сфере закупок, что должно улучшить лекарственное обеспечение для граждан.

Как обращает внимание Николай Беспалов, ситуацию может усугубить и девальвация рубля. Лекарственное сырье подорожает, и производство, а значит и реализация некоторых препаратов окажется не просто нерентабельным, а невозможным. Причем даже там, где сделан серьезный шаг к полному циклу: зарубежными могут быть не сами субстанции, а их компоненты, т.н. сырец для производства лекарственного сырья.

Так цена станет мощным фактором конкуренции не только в опте и рознице, но и среди производителей. Впрочем, почему "станет"?

КАК ЦЕНООБРАЗОВАНИЕ ФОРМИРУЕТ КОНКУРЕНЦИЮ

Представим самую обычную ситуацию: МНН одно, а лекарств много. Часть этих препаратов входит в перечень ЖНВЛП, и цена на них зарегистрирована по всем правилам. А вот другая часть находится почему-то за пределами данного перечня. Лекарственные средства с одинаковыми действующими веществами, но есть одно существенное различие. Точнее, конкурентное преимущество. За последние 9 месяцев десятки лекарств, включенных в перечень, ушли с рынка из-за негативной доходности.

Там, где цена не ограничена, можно вложить в продвижение, что будет комфортнее и аптеке, работающей с такими препаратами, обращает внимание Кирилл Зайцев.

В результате препарат, не отнесенный к числу жизненно важных, оказывается доступнее для пациента, чем его "коллега", включенный в главный лекарственный перечень. Сегодня это особенно важно: как замечает Александр Миронов, из-за снижения доходов населения идет тенденция к отказу от лекарств — тех, которые пациент не связывает с угрозой для жизни или со значительным ухудшением ее качества.

ЧТО ЖЕ С АПТЕЧНЫМИ ЦЕНАМИ?

"Мы искусственно сокращаем рентабельность аптечных продуктов. При этом наиболее рентабельный ассортимент — витамины и парафармацевтика — из аптек перемещен в магазины, — объясняет Лариса Попович. — По сути, аптечным организациям не на чем делать оборот". Аптека оказывается в тисках сложнейшей альтернативы. С одной стороны, жесткое ценовое регулирование, с другой — не менее жесткая ценовая конкуренция, с третьей — перевод нелекарственного ассортимента в ритейл.

Согласно коду ОКВЭД, аптеки числятся торговыми организациями, обращает внимание эксперт. И если важно, чтобы они выполняли социальную функцию, нужно относиться к ним так же, как мы относимся к медицинским учреждениям. Другая система налогообложения, другая система арендных платежей, льготы по местным налогам. Подобные задачи могут решить в т.ч. региональные власти.

"Если аптеку рассматривать как табачную лавку, это одна история, — подводит итог Лариса Попович. — А если аптеку расценивать, как она того заслуживает, как социальное учреждение, то ее нужно окружать заботой и соответствующими региональными льготами".

В ожидании преференций от государства, аптекам можно дать действенные советы. Снижайте наценки за счет трафика. Не забывайте, что для большинства ваших покупателей важна цена плюс обслуживание. Ценовые конфронтации ведут к снижению доходности обеих сторон войны. Используйте возможности онлайна. "Самое разумное, что можно сделать в данных условиях, — дать возможность обычным аптекам тоже развиваться, самостоятельно задействуя инструменты онлайна", — советует Николай Беспалов. Привлечение покупателей через интернет–ресурсы стало обыденным делом. И если в рамках партнерств и ассоциаций аптека, используя их интернет–площадки для размещения своих прайсов, теряет в марже, то аптечные агрегаторы предоставляют свой сервис за вполне подъемные для аптечного бизнеса деньги.

P.S. Социальную функцию несут в себе все этапы лекарственного обращения. А цена, как температура на градуснике, показывает, насколько результативно эта функция выполняется.

Сегодня фармацевтический сектор, как и здравоохранение, явно «температурит». И очень ждет эффективного лечения.