К вопросу о последипломной судьбе провизоров

Наш опыт говорит об отдельных проблемах в области нормативного регулирования вопросов квалификационных требований к фармацевтическим работникам. Эти проблемы проявляются в росте неудовольствия профессиональной общественности процедурой периодической аккредитации, при которой отдельные противоречия нормативных документов становятся препятствием для допуска к трудовой деятельности. Вследствие этого падает престиж и востребованность высшего фармацевтического образования.

Среди основных противоречий, сдерживающих эффективное развитие аптечной отрасли, важно отметить несколько.

Первое и, возможно, главное — уравнивание профессиональных компетенций провизоров с 7-летним образованием и фармацевтов с 22-месячным базовым профессиональным образованием. Это еще усугубляется тем фактом, что фармацевт без освоения какой-либо программы профессиональной переподготовки получает право руководить аптечной организацией. Получается, что доверие к выпускнику колледжа, который учился один год и 10 месяцев, намного больше, чем к выпускнику вуза, прошедшему не только специалитет, но и двухлетнюю ординатуру.

Здесь для примера можно привести аналогию равенства организаторских компетенций главного врача медицинской организации и медицинской сестры. Может ли медсестра командовать врачом, лейтенант — майором, а подполковник — генералом? Увы, но в современной фармации дела обстоят именно так.

На наш взгляд, подобное положение допустимо только в исключительном порядке — для сельских и удаленных населенных пунктов и при предварительном освоении фармацевтом программ профессиональной переподготовки по направлению «Экономика и управление фармацией». Ведь сегодняшние крайности допуска фармацевтов и провизоров к профессиональной деятельности ведут к нерациональному перетоку учащихся в сферу среднего профобразования и снижению числа высококвалифицированных специалистов в аптечных организациях.

Названная проблема усугубляется еще одним важным аспектом: избыточностью последипломной подготовки провизоров — фактической всеобщностью обучения в двухгодичной ординатуре. Подавляющее большинство провизоров считают, что финансовые и временные затраты на эту форму образовательной деятельности крайне неэффективны.

Квалификационные требования, предусматривающие получение трех основных фармацевтических специальностей («Управление и экономика фармации», «Фармацевтическая технология», «Фармацевтическая химия и фармакогнозия») через процедуру ординатуры, не учитывают динамичность и необходимость взаимозаменяемости специалистов. Ведь аптечные организации нашей страны преимущественно представлены аптеками со средней численностью фармработников 3–4 человека. Предприятию в таких условиях намного выгоднее набрать фармацевтов, чем иметь дополнительные сложности с трудоустройством ординатора и его переквалификацией при переводе с одной должности на другую.
В результате наблюдается либо недостоверная отчетность о квалификации специалиста, либо отказ в приеме на работу высококвалифицированных провизоров из-за формального квалификационного несоответствия, что негативно отражается на качестве лекарственной помощи населению.

Такой подход зачастую наблюдается и в процессе аккредитации: фармацевт с относительно небольшим числом требований в рамках единственной специальности «Фармация» обычно проходит процедуру без проблем, а провизору, чтобы подтвердить свою профпригодность, приходится пройти через «девять кругов ада». Причем зачастую решающую роль может сыграть одна запятая в трудовой книжке.

В подобных случаях, на наш взгляд, самым рациональным механизмом получения новой последипломной фармацевтической специальности должна стать соответствующая программа профессиональной переподготовки с последующей первичной специализированной аккредитацией, гарантирующей объективный контроль качества профессиональных компетенций.

Негативно на развитие отрасли влияет и несоблюдение преемственности положений о квалификационных требованиях к провизорским должностям в нормативных актах. Напомним, что должность «провизор» до 2000 года предполагалась для специалиста с базовым высшим фармобразованием. В период с 2000 по 2010 год должность в нормативных документах не упоминалась вообще.

С 2010 по 2018 год должность провизора могли занимать работники со специальностями «Фармацевтическая технология» и «Фармацевтическая химия и фармакогнозия», а с 1 января 2016 года по настоящее время — специалисты, прошедшие первичную аккредитацию. В такой ситуации специалисты-провизоры, занимавшие должность до 01.07.2018, потеряли квалификационное соответствие, что касается около 30% провизоров!

Такая «чересполосица» требований нормативных актов становится непреодолимым и чрезвычайно стрессовым препятствием для многих специалистов с высшим образованием, занимающих должность «провизор» в нерегламентированный нормативными актами период времени.

Следует также устранить проблему отсутствия в нормативных документах Минздрава полной номенклатуры фармацевтических должностей, используемых в современной фармдеятельности, в том числе в сфере военно-медицинского снабжения. Требуется пересмотр и расширение номенклатуры фармацевтических должностей.

Еще один важный вопрос — несоблюдение общепринятых образовательными стандартами критериев профессиональных компетенций по последипломным специальностям провизора. Например, для специальности «Фармацевтическая технология» в проекте приказа Минздрава были предложены новые должности: заведующий (начальник) структурного подразделения (отдела) организации оптовой торговли лекарственными средствами; заместитель заведующего (начальника) отделом оптовой торговли; заведующий медицинским складом мобилизационного резерва. Трудовые функции этих должностей не согласуются с образовательным стандартом, особенно при отсутствии профстандарта по специальности, что создает риск непрохождения профессиональной аккредитации.

Сложно назвать рациональной (мягко говоря) ликвидацию с 1 января 2026 года специальности «Фармацевтическая технология» с отнесением ее компетенций к специальности «Фармация». Это противоречит необходимости развития изготовления лекарственных препаратов в аптечных условиях. При этом следует учесть, что в производственную аптечную деятельность вовлечено не более 0,5% аптек.

В этих условиях экономически рационально не переносить задачи по формированию компетенций по фармацевтической технологии на всех выпускников вузов и ссузов, а сконцентрировать эту подготовку в рамках целевой профессиональной переподготовки продолжительностью до 1000 часов у специалистов, вовлекаемых непосредственно в этот вид деятельности, возможно, параллельно с базовым фармацевтическим образованием.

Самое страшное — что высококлассные специалисты с тридцатилетним стажем вынуждены отвечать за неточности в оформлении трудовых книжек. С профессиональной точки зрения эти сотрудники были и остаются безупречными.

Ситуация парадоксальна: в Гражданском и Уголовном кодексах закреплено понятие срока давности, но оно почему-то не предусмотрено в процедуре периодической аккредитации.

Напомним также о статье 12 Трудового кодекса: если квалификационные требования изменились, приоритет имеют нормы, действовавшие в день заключения трудового договора.

Из-за неучета этих правовых механизмов большинство проблем возникает у «золотого фонда» провизоров — опытных и преданных специалистов. Формальные критерии фактически изгоняют их из отрасли.

Но этично ли заставлять специалиста, который начал работать в фармации до 2000 года, проходить переподготовку и аккредитацию? Специалист, отдавший отрасли три-четыре десятилетия, теперь вынужден снова сдавать экзамены из-за формальной ошибки в трудовой книжке, например, дефиса или запятой. Как назвать такой подход?

Чтобы избежать унижений и больших затрат, высококлассные специалисты уходят в другие сферы, где пока сохраняется уважение и отсутствуют формальные барьеры допусков к работе.

А результат — до 30% сотрудников аптек — непрофессионалы, ведь консультантам аккредитация не нужна… А для провизоров периодическая профессиональная аккредитация превратилась не в оценку профессиональных компетенций, а в формальный экзамен по чистописанию трудовых книжек. Много ли пользы от такой процедуры? Ответ, вероятно, очевиден!