Регистрация цены — не антикризисная мера

Т.В. Нижегородцев отметил, что, к сожалению, ФАС не была привлечена Минздравом России к разработке антикризисных мер, 70% из которых так или иначе связаны с регистрацией цен. "Будто бы регистрация цен может улучшить ситуацию на рынке и создать дополнительные возможности. Но сама по себе регистрация цен не предотвратила их роста и уж точно не улучшит ситуацию с ценами. Это не антикризисная мера", — уверен представитель ФАС.

В ФАС России продолжает поступать "дикое количество жалоб на рост цен". А рост идет отчасти за счет регистрации условно новых лекарственных препаратов и их дозировок. Например, фармпроизводитель может поменять в упаковке количество таблеток, и это уже будет считаться новым препаратом. Регистрационная система воспринимает такой препарат как новый и роста цен на него не видит. Производитель делает это, чтобы обойти систему контроля за ценами. "Уточнение регистрационной процедуры как антикризисная мера приведет к тому, что у нас исчезнут лекарства! Что для нас предпочтительнее — лучше цена и отсутствие лекарств или наличие лекарств и мер по снижению цен рыночными механизмами?" — задал вопрос Т.В. Нижегородцев. По его мнению, мер, которые позволили бы создать инфраструктуру, в свою очередь, позволяющую снижать цены на лекарства, не предложено пока ни одной.

Проблема взаимозаменяемости лекарственных средств, по словам Тимофея Витальевича, выходит на первый план. Во всем мире создаются процедуры, по которым можно взаимозаменяться во время торгов и конкурировать. В ФЗ №61 "Об обращении лекарственных средств" появилась соответствующая статья по взаимозаменяемости, но никаких мер по ее активации нет. Более того, работа по этой статье отнесена на 2018 г. То есть кризис в 2018 г., как уверен глава Управления ФАС, закончится, но только тогда будут предприниматься меры против него.

Та же самая ситуация с отсутствием определения взаимозаменяемости и в отношении медицинских изделий. Минздрав России совместно с Росздравнадзором должны были разрабатывать систему определения взаимозаменяемости медизделий на протяжении 4 лет, но не разработали. Поэтому закупочная практика существует сама по себе, оторванная от законодательных постановлений. И никто не может точно сказать, взаимозаменяемое это изделие или нет.

Следующий вызов, с которым придется столкнуться фармотрасли, Т.В. Нижегородцев видит в общем рынке, который будет действовать с 1 января 2016 г. в странах Таможенного союза. "Все победы, которые мы тут с вами одержали циклопическими усилиями, будут похоронены в рамках общего рынка. Его нормы будут иметь приоритет над российскими. А мы боролись за взаимозаменяемость, конкуренцию и мн. др. Филиалы крупных фармкомпаний уже появились в Беларуси и Казахстане. Общий рынок — это политическое решение. Нам могут сказать, что общий рынок должен состояться любой ценой, и попросить построиться со своей взаимозаменяемостью и пойти на свои производства", — сказал Т. Нижегородцев.

Он считает, что необходимо убедить страны Таможенного союза в том, что все изменения проводились и для их промышленности тоже и ими не стоит пренебрегать.

Начальник Управления ФАС отметил еще одну проблему для российского здравоохранения и фармрынка — отсутствие базового закона об обращении медицинских изделий. Сокращение объема рынка медизделий было неизбежно, потому что все здравоохранение построено на госпрограмме. "Как только закончится программа модернизации, неизбежно закончится и объем рынка. Ремонт, запасные части и расходные материалы. Наши производители не могут попасть на этот рынок. Нет независимых ремонтных служб медтехники. У нас рынок искусственно в этой сфере монополизирован. Только законодательно можно изменить ситуацию", — уверен Т.В. Нижегородцев. И даже постановление об ограничении доступа к госзакупкам иностранных производителей медизделий, называемое как "третий лишний", без определения взаимозаменяемости будет работать от силы на 10–15%.