"В России сегодня инновации никому особенно не нужны"

С таким тезисом выступил на сессии "Инновации в фармацевтической отрасли: как поддержать новаторов?" в рамках фармфорума, организованного РБК, заместитель генерального директора компании STADA CIS Иван Глушков.

Страна заинтересована в инновациях, так заявляют представители государственной власти. Но что происходит на деле? И.А. Глушков напомнил, что фармрынок состоит из двух больших сегментов — это госзакупки и коммерческий (или аптечный) сегмент.

"Чтобы попасть в госсегмент, надо попасть в перечень ЖНВЛП и ОНЛС. В постановлении Правительства РФ от 28.08.14 №871 "Об утверждении Правил формирования перечней лекарственных препаратов для медицинского применения и минимального ассортимента лекарственных препаратов, необходимых для оказания медицинской помощи» попробуйте найти слово "инновации". Вся логика оценки при принятии решения сводится к тому, чтобы препарат был максимально дешевый. Согласитесь, что логика "канарейка за копейку, чтобы пела и не ела", это не логика инновационной разработки", — сказал И.А. Глушков. Он допускает, что система допуска лекарственных препаратов в Перечень ЖНВЛП может быть пересмотрена, но пока инновационному препарату туда, скорее всего, не попасть.

Не способствует развитию инноваций и система ценообразования на лекарственные препараты. Заместитель гендиректора STADA CIS привел пример из жизни. Компания нашла группу разработчиков, "умеющих делать стабильный аэрозоль действующего вещества лекарственного препарата" и имеющих соответствующий патент. Терапевтическая эффективность такого препарата достигается при меньшей концентрации действующего вещества.

"Пришли мы в ФАС обсуждать цену, и что они нам говорят? Цена лекарственного средства должна зависеть от того, сколько в нем действующего вещества. У вас во сколько раз меньше? В 25. Значит, стоить препарат будет в 25 раз дешевле по сравнению с таблеткой", — рассказал И.А. Глушков. На аргумент, что продавать инновационный продукт в 25 раз дешевле невозможно, представителям STADA CIS порекомендовали внимательно прочитать закон. В результате, как пояснил топ–менеджер, аэрозольная форма препарата, о котором говорилось выше, выпускаться в России не будет, по крайней мере, в рамках существующего нормативного поля. "Мы спокойно вывезем ее в Европу и там запустим", — пояснил представитель этого международного холдинга. Он также считает, что на фоне слов главы государства в октябре о ценах на лекарства, фармацевтах и недоработку правоохранительных органов, не реагирующих, по мнению Президента РФ, на манипуляции на фармрынке, заявление цен на инновационные препараты даже в рамках действующего нормативного поля представляется существенным риском.

Об инновационном препарате сложно узнать врачам. Это еще одна проблема, с которой сталкиваются разработчики новых лекарств. "Вся работа компаний с врачами с точки зрения Минздрава — это что–то на грани добра и зла. Нас рассматривают изначально с позиции отсутствия презумпции невиновности, мы по умолчанию виновны, мы, по мнению ведомства, стараемся коррумпировать врачей, и наше общение стараются ограничить", — отметил Иван Глушков. Получается, что позиция государства сводится к ненужности отработки с медицинским сообществом новых технологий и новых препаратов из–за коррупционных рисков.

И главное, что может отвратить инвесторов от желания вкладываться в разработку инновационных препаратов, механизм принудительного лицензирования.

Представитель STADA напомнил, что ст. 1362 Гражданского кодекса РФ "Принудительная лицензия на изобретение, полезную модель или промышленный образец", действующая уже несколько лет, допускала принудительное лицензирование по решению суда, где сторона ответчика могла побороться за свои права. Теперь же, по его словам, законопроект, подготовленный ФАС России, "выводит все это из судебного поля и лицензия будет отниматься по решению правительства, когда даже суд на это не согласится". Государство тем самым заявляет о том, что интеллектуальная собственность — это инструмент злоупотребления на рынке, ограничивающий конкуренцию.

Интересны и нужны ли инновации пациентам? Казалось бы, да. Потребителю нужны качественные, эффективные, безопасные, приемлемые по цене лекарственные препараты, но... Платежеспособность россиян падает. "Какая часть населения сможет из своего кармана покупать инновационные лекарственные средства? Сколько людей способны оплатить лечение онкологии, например?" — спросил И.А. Глушков. И сам ответил: "В ситуации, когда в стране отсутствует система соплатежей, а пациент за все платит сам, то очень небольшая часть".

"В странах, где есть система соплатежей, отличная поляна для любой инновации. Получается, все, что мы находим в России, мы стараемся вывести из России, — сказал топ–менеджер компании. — Доступ к инновациям обеспечивается за счет софинансирования, по-разному организованного либо со стороны государства, либо со стороны страховых фондов". К тому же он задался вопросом, а как пациент может оценить, что это инновация? Специальных знаний у большинства населения нет, результаты клинических исследований они не читают. Получается, что если производитель хочет предложить пациенту новый препарат, ему нужно инвестировать не в клинические исследования, а в рекламу. "Компания — это всегда бизнес. У вас есть 10 миллионов, вы можете пойти налево и получить большие риски, из–за большого количества ограничений — неизвестно, когда выведете препарат на рынок, или пойти направо – у вас есть отличный инструмент стимулирования спроса. Ну и какие инновации? Только в рекламе", — считает Иван Глушков. Он добавил, что в России мало компаний, способных создать достаточный спрос на инновации внутри страны. Государство хочет развивать инновации, но в силу большого количества экономических причин не может себе этого позволить, а тогда не стоит об этом и говорить. Представитель STADA CIS уверен, что дженерики в ближайшее время будут самым ценным товаром на рынке в России.