"Доктор Google"

— Еще в 2005 г. Генеральная ассамблея Всемирной организации здравоохранения приняла стратегию под названием "Электронное здравоохранение". Хотелось бы обратить внимание на некоторые показательные цифры из доклада, посвященного стратегии.

20% врачебных ошибок связано с отсутствием или невозможностью своевременно получить ту или иную информацию. Почти 40% проблем в процессе лечения связаны с неправильными или нечитаемыми записями (на бумаге) в медицинской документации.

В 2015 г. были выделены большие финансовые средства на создание на федеральном уровне единой медицинской системы, в которую входит сегодня 21 федеральный медицинский центр (все они замкнуты на инфраструктуру Всероссийского центра медицины катастроф "Защита"), а сейчас готовится комплект документов, определяющий регламент их взаимодействия, в т.ч. при оказании акушерской, гинекологической и консультативной помощи. Во многих российских регионах уже работают дистанционно акушерские консультативные центры, налаживается работа по дистанционному мониторингу беременных. На рынке появились несколько специальных гаджетов, которые мониторируют состояние беременной и плода, регистрируют интенсивность схваток, — вся эта информация передается в центры контроля. Практически на всех российских территориях созданы региональные системы мониторинга беременных. Как показала практика, а система работает более 5 лет, в тех регионах, где система используется, показатели гораздо лучше.

Сейчас мы находимся в совершенно иной информационной ситуации, меняются формы подачи и донесения информации по профилактике репродуктивного здоровья и др. Изменился и сам пациент: в том мире, в котором мы живем, появилось такое понятие, как «доктор Google». Пациенты, особенно молодые, перед приемом врача изучают в сети информацию и идут уже подкованные. Но не надо забывать известную фразу "Если вы лечитесь по медицинскому справочнику, то рискуете умереть от опечатки".

Во многих странах появилась проблема — множество сайтов, публикующих информацию медицинского и фармацевтического характера, совершенно неконтролируемы. В ряде европейских государств и США на законодательном уровне приняты требования: сайты, которые проходят процедуру аккредитации, имеют право публиковать такого рода информацию. Начиная со школьной скамьи, все знают сайты, где можно получить достоверную информацию.

Национальная медицинская палата тоже занялась этим вопросом. Есть организация при ВОЗ, которая занимается аккредитацией такого рода интернет–ресурсов. В 2010 г. ее представители приезжали в Россию, выступали в Госдуме в Комитете по охране здоровья, были в Минздраве, но реакции особой не последовало, а вот летом 2016 г. Леонид Рошаль озадачился этой проблемой и сейчас готовится ряд процедур по вопросу аккредитации информационных сайтов.

Еще одна наша беда — это вопросы кибербезопасности. Наша медицинская техника практически вся сегодня компьютеризирована. Цифровая техника подвержена угрозам и рискам заражения. Например, в США с 2013 г. ведется мониторинг инцидентов кибербезопасности медицинской техники после того как в 2012 г. прошла волна отказов в работе томографов, лабораторных комплексов и, главное, волна нарушения работоспособности кардиостимуляторов и инсулиновых помп, что является катастрофой для пациентов. Для сведения — 44% всех серверов, цифровых хранилищ медицинских изображений в России находятся в открытом доступе (в США — 24%), так что вопрос безопасности — очень серьезная проблема.

Сегодня создана Единая государственная информационная система в сфере здравоохранения, и в этой системе работают несколько полезных федеральных сервисов. Прежде всего, это:

— Справочник взаимодействия лекарственных средств, созданный на основе клинико–фармакологических статей в Государственном реестре ЛС, где их можно посмотреть в интерактивном режиме;

— Федеральная электронная медицинская библиотека, где сейчас размещено более 1200 клинических протоколов, принятых профессиональными ассоциациями, которые покрывают практически 90% зарегистрированных случаев;

— Образовательный портал для врачей, где можно получить виртуальный образовательный сертификат о прохождении обучения;

— Федеральный регистр медицинских работников.

В 2016 г. были опубликованы важные документы Минздрава России относительно требований к информационным медицинским системам, в т.ч. в родильных домах, а также требований к системам регионального уровня.

Еще она проблема связана с тем, что с 6 января 2015 г. многие виды медицинского программного обеспечения отнесены по новому приказу к медицинским изделиям и подлежат обязательной государственной регистрации как медицинские изделия. В связи с этим возникают ситуации при госзакупках, когда у нас нет сложившейся системы зарегистрированных программных комплексов, особенно это касается лабораторных информационных систем, радиологических систем, систем, связанных с обеспечением УЗИ–техники. Из–за импортозамещения наступил и некий провал в госзакупках.

По материалам XVII Всероссийского научно–образовательного форума "Мать и Дитя 2016"