Одна из наших задач — расширение рынка сбыта

Наш сегодняшний собеседник — заместитель генерального директора холдинга STADA CIS Иван Анатольевич Глушков.

2011 год — юбилейный для STADA. Как оцениваете эти 10 лет работы и дальнейшие перспективы развития?

В нашей стране STADA росла и развивалась путем покупки предприятий.

---------
СПРАВКА

В России работают 4 производственные площадки: «Нижфарм», «Макиз-Фарма», «Скопинфарм» и «Хемофарм». Производство STADA также работает в Сербии, Черногории, Боснии и Герцеговине, Германии, Бельгии и Ирландии.
---------

— Поскольку большинство российских предприятий сочетают в себе и производство, и разработку, и продажу, и продвижение ЛС, получилось, что вместе с заводами компания приобрела достаточно сильных разработчиков. После объединения разработчики были выделены в отдельное юридическое лицо – это фактически небольшой частный НИИ, занимающийся разработкой технологий производства новых дженериков. Ошибаются те, кто противопоставляет дженерик оригинальному препарату, пеняя на его меньшую эффективность. Качественный дженерик делать нелегко. Нельзя просто купить права на препарат и сразу же начать производство. Есть много технологических тонкостей – даже при замене одного станка на другой получается иной результат...

У препарата-дженерика уже доказана терапевтическая эффективность – но его производитель должен очень много времени и денег тратить и на поиск сырья, и на подбор и разработку технологий. Эффективности и качества нужно добиваться вновь на собственном производстве.

Одно из направлений нашей разработки – находить применение известной молекуле в виде других лекарственных форм. Мы делаем почти все лекарственные формы из существующих – кроме стерильных (инъекционных и инфузионных). Основной объем производства – таблетки. На втором месте – мази, гели, линименты. Площадка «Нижфарм» изначально создавалась для производства мягких форм – и в этом секторе ей удается удерживать треть российского рынка.

STADA – публичная компания. 100% ее акций – на Франкфуртской бирже. Поэтому она должна соблюдать ряд условий. Например, абсолютное соответствие мировым стандартам качества: теоретически можно позволить себе иметь производство не GMP, но это довольно быстро влияет на стоимость акций.

К своему десятилетию компания является крупнейшим иностранным инвестором в российскую фармацевтику. Акционеры вложили в производство в России около 400 млн долл., хотя в мировом масштабе компания является не самой крупной. Поэтому российский рынок оказался для STADA крайне важным. Компания старается работать не только как обычный поставщик, но и заниматься социальными задачами. Мы не можем себе позволить сидеть и смотреть со стороны, как будет развиваться рынок. Если он будет развиваться без нашего деятельного участия, это может оказаться для нас слишком дорого.

Если компания – дженериковая, какие препараты являются ее лицом?

— Стопроцентно дженериковых компаний не бывает. У STADA есть и инновационные препараты. Например, наш бестселлер – Хондроксид (разработанный в Белоруссии). Мы – второй в мире производитель антидота угарного газа (ЛС, защищающего человека от отравления угарным газом). Препарат «Ацизол» – это полностью российская (иркутская) разработка. Второй такой препарат есть в США.

Летом 2010 года он наверняка был востребован…

— Да, проблема была только в том, что летом 2010 г. МЧС – не позаботившись заранее сделать запасы на период пика пожаров –осознало острую необходимость в нашем препарате. Но производственная цепочка – не выключатель (едва нажал – и свет включился). Нельзя по первой просьбе провести поставки нескольких сотен тысяч упаковок – тем не менее, все, что у нас было, мы отдали МЧС.

Еще один препарат – петербургская инновационная разработка Алломедин – пока зарегистрирован как БАД, возможно, через некоторое время переведем его в статус ЛС. Идея, которую проверяли, когда нашли молекулу, была такая: насекомые ничем не болеют. Ничем инфекционным. Вопрос – почему? Предположили, что у насекомых есть внутренний механизм, защищающий их от вирусов. Группа ученых стала искать этот механизм и нашла.

Сейчас проводятся дополнительные клинические исследования, чтобы проверить все показания. Именно поэтому он сейчас БАД, но уже доказана терапевтическая эффективность в отношении вируса герпеса – препарат эффективно удаляет его из организма.

Сейчас исследуется эффективность Алломедина и против гриппа, и против широкого спектра вирусных инфекций. Надеемся, что в ближайшее времяисследования успешно завершатся и  препарат будет выведен  на рынок уже для новых показаний. Пока он применяется для симптоматического лечения герпеса и до завершения клинических исследований нельзя рекомендовать его для чего-то еще.

А каковы ключевые направления разработки ЛС? Лечение каких заболеваний представляет наибольший интерес для компании?

— Сейчас вкладываем много сил в кардиологию и онкологию, потому что понимаем серьезность этих заболеваний; в урогинекологию – это наш традиционный сегмент, где мы присутствуем постоянно, знаем врачей и их потребности.

Потребности в лекарствах растут быстро – и мы соответствуем спросу на рынке. Наш рецептурный портфель увеличивается. Мы уходим в более тяжелые и сложные заболевания, сохраняя в абсолютном выражении часть безрецептурных препаратов.

Что можно сказать о вашем сотрудничестве с дистрибуторами?

— У нас есть собственная дистрибуторская компания STADA Marketing. Мы сотрудничаем с подавляющим большинством крупных федеральных и сильных региональных дистрибуторов. Мы гордимся налаженными и долгосрочными контактами с нашими партнерами.

Есть сложности во взаимодействии с государственными органами?

— Между фармацевтическим сообществом и регуляторами рынка диалог складывается сложно. Регулятор не стремится вовлекать отрасль в обсуждение и принятие решений. Но надо сказать, что отрасль платит министерству взаимностью. Не бывает так, что один – белый и пушистый, а другой – глупый  и злокозненный. Отсутствие диалога – проблема общая, но и в процессе диалога не бывает, что один всегда прав, а второй – виноват. Нужно находить компромиссы, и в некоторых вопросах нам это удается. В действительности отрасль не консолидирована – в отличие, например, от страховщиков и банкиров. У тех есть сильные ассоциации, объединяющие субъектов рынка и транслирующие общую позицию, в фармации такого нет. Поэтому STADA и еще несколько компаний с активной жизненной позицией пытаются вести прямой диалог и с Минздравсоцразвития, и с Минпромторгом о формировании законодательного окружения.

Мы понимаем, что значительная часть неточных формулировок в законах и подзаконных актах связана с тем, что в министерстве работают не боги. Им точно так же нужны знания – но знания эти живут (в значительной степени) внутри отрасли. Задача фармы – стараться организовать эти знания для решения общих задач. Позиция «оставаться в стороне и кидаться камнями» – несложная и существенно менее трудоемкая. Раскритиковать какой-то текст – не вопрос (с учетом того, что знания для этого есть). Другое дело – попытаться посмотреть на всю картину целиком и сказать, как же надо на самом деле. Критиковать проще, чем предлагать решения.

Активная позиция в отношениях с государством крайне важна. Что-то получается, что-то нет (примерно 50 на 50). Но путь еще не пройден.

Как обстоят дела с регистрацией ЛС?

— После вступления в силу ФЗ №61 «Об обращении ЛС» и передачи функций по регистрации ЛС из Росздравнадзора в Минздравсоцразвития движение документов резко замедлилось, поскольку сотрудники министерства столкнулись с необходимостью в короткий срок обработать более 10 000 досье. Постепенно эта «пробка» рассосалась, и министерство входит в нормальный режим. Но есть проблема законодательная – требование дополнительных клинических исследований для препаратов зарубежных производителей. Россия в этом отношении уникальна – во всех остальных странах, с которыми мы работаем, таких условий нет. Ведь подобные требования увеличивают стоимость вывода препарата на рынок – а в ряде случаев вообще является запретительными. Хорошее клиническое исследование по тяжелой нозологии стоит миллион евро. Если препарат ориентирован на узкую нозологию, исследования могут либо вовсе не окупиться – либо окупиться лет через 25. Возможный выход – сильно завысить цены, но в таком случае никто не купит лекарство.

А в каких странах реализуются препараты?

— Примерно треть продукции STADA реализуется в России. Есть выход и на исторические рынки (Белоруссия, Украина, Центральная Азия, Прибалтика). Несколько лет назад (после прохождение немецкой государственной инспекции) мы начали поставку в Евросоюз. Есть и более экзотические рынки: например, поставляем ЛС во Вьетнам.

Наше отношение к экспорту такое. Производить лекарства, чтобы удерживать приемлемые для пациента цены, можно только делая их в большом количестве. Производство ЛС для одной страны в заведомо небольших объемах – это более высокая себестоимость. Препараты просто дороже. Выгоднее производить одну таблетку для 100 рынков, а не 100 таблеток для одного. Одна из наших задач – увеличение количества рынков, куда мы можем поставлять препараты.

В чем отличие подхода к качеству ЛС в России и в ЕС?

— У дженерикового производителя качество является основным жизненным «пунктиком». Но реальный человек (врач, фармацевт, провизор) – рекомендует бренд, который ему известен. Не задаваясь вопросом, где и в каком качестве он произведен. Считается, что если препарат выпустили на рынок, то он качественный. Забывают, что в Германии или США перед выпуском ЛС государственный инспектор едет на завод и смотрит, как оно производится.

Принципиальное отличие спроса на рынках ЕС: подавляющее большинство препаратов продается без брендов. Неинновационный препарат во всех документах идет по МНН – а не по торговой марке. Европейцы четко сказали, что не хотят доплачивать за бренды. При этом требования к доказательной базе – существенно жестче, чем в России.

Например, в Германии есть агентство, оценивающее эффективность методов лечения: препарат рассматривают как часть нового метода лечения. Проверяют, насколько эффективность ЛС – а новое ЛС всегда дороже старого – оправдывает дополнительные потребительские расходы. Если цена не оправдывает дополнительной терапевтической эффективности – препарат не попадет в страховые программы (т.е. за его приобретение пациенту не возвратят деньги). А это 85% европейского рынка. Если у ЛС хорошее соотношение цены и терапевтической эффективности – оно автоматически получает доступ на гигантский рынок, где не нужна никакая реклама.

Наш пациент, покупая упаковку лекарства, фактически частично оплачивает рекламу. А эти деньги фармкомпании могли бы направить на дополнительные исследования, если бы были работающие каналы продаж, позволяющие продавать ЛС без рекламы.

Вы отметили, что STADA старается заниматься социальными задачами…

— Летом 2011 г. компания стала лауреатом Нижегородского Благотворительного сезона – 2010 в номинации «Фирма Доброй воли». Эта награда стала результатом многоплановой благотворительной работы компании и ее сотрудников в 2010 г. В течение года ветеранам компании, в лечебно-профилактические учреждения Нижнего Новгорода и области, в региональное отделение Всероссийского общества инвалидов и детские дома были переданы различные лекарственные препараты. Неоднократно мы помогали необходимыми и всегда востребованными препаратами пациентам онкологического отделения Нижегородской областной детской клинической больницы, перечисляли денежные суммы на расчетный счет НОКДБ, а став участниками благотворительной акции Первого канала «Стань первым!», приобрели для маленьких пациентов отделения детские игрушки, наборы для творчества и книги.

Новым и очень эмоциональным стало для всех участников включение в благотворительную акцию «Помоги Деду Морозу» в рамках Благотворительного фестиваля «Добрый Нижний»: были приобретены сладкие новогодние подарки для детей-инвалидов, многие сотрудники компании приняли личное участие в акции. В качестве Деда Мороза и Снегурочки они приезжали к ребятам с поздравлениями.

Также холдинг STADA CIS совместно с Фондом «Возрождение и Надежда» провели благотворительную акцию передачи «Аптечки от простудных заболеваний» детским домам и реабилитационным центрам – всего 22 учреждения в 9 регионах РФ.

Цель другой нашей социальной программы – «Лекарства для жизни» – повысить культуру потребления медикаментов посредством проведения комплекса просветительских акций, охватывающих широкую аудиторию.  В рамках этой программы на следующий год планируем серию «Дней здоровья» в областных центрах. Достраиваем мобильный медицинский центр с современным оборудованием для функциональной диагностики кардиологических заболеваний – будем быстро, эффективно и бесплатно оказывать медпомощь и проводить диагностику, объясняя при этом, зачем все это нужно. Но все акции начнутся примерно с конца марта – начала апреля в теплую погоду и проходить будут на улице. Проект долгосрочный – ни за год, ни за два изменить отношение людей к своему здоровью нельзя.