Вылечить и восстановить маленьких пациентов

Дети с сердечно-сосудистыми заболеваниями особенно нуждаются в комплексной послеоперационной реабилитации. Им требуется медицинская помощь для восстановления физических сил, а также квалифицированная психологическая поддержка.

В МИА "Россия сегодня" состоялась пресс–конференция на тему "Операции на сердце: помощь детям". Ее участники ответили на вопросы, какие виды реабилитации и психологической помощи оказываются детям, которые перенесли операцию на сердце? сколько времени требуется на восстановление? как могут помочь родители? и как помочь им самим?

Сегодня детей с врожденным пороком сердца лечат на самых ранних этапах, в основном в первые три года жизни, но иногда операции проводятся и на 2–5–й день после рождения. Младенец остается один, его матери самой еще нужна помощь после родов, и вот задача психолога в такой ситуации помочь выжить эмоционально и матери, и ребенку. "Дети даже самого раннего возраста испытывают душевные страдания, которые неочевидны нам, они ведь не могут ничего сказать. Психологи не могут заменить маму, но могут помочь маме восполнить свой психологический ресурс, чтобы она была эмоционально чуткой и отзывчивой к своему ребенку. А мамы в депрессии находятся, что не позволяет им адекватно с ребенком общаться и видеть его потребности", — сказала психолог Мария Киселева, научный сотрудник Научного центра сердечно-сосудистой хирургии им. А.Н. Бакулева РАМН. Она добавила, что сотрудники центра видят много родительской боли, растерянности, подавленности. Когда рождается больной ребенок, многие семьи распадаются. Сохранить отношения может помочь семейный психолог. "Это работает. Какое-то доброе слово может помочь выжить", — отметила М. Киселева. К тому же маленькие пациенты, находясь в послеоперационном периоде, могут пропустить важные этапы развития, например, становление речи. Дети после операции на сердце ослаблены, плохо идут на контакт, а окружающие часто из-за нежелания их беспокоить или просто от незнания особенностей детского развития не разговаривают с ними. В итоге у большинства таких детей серьезные нарушения речи, что добавляет к проблемам со здоровьем еще и проблемы в обучении и общении со сверстниками.

В Детском реабилитационном центре, единственном в России учреждении, оказывающим реабилитационную помощь детям с врожденными пороками сердца в возрасте от 1 года жизни до 14 лет, в т.ч. обучают родителей, приезжающих из разных городов России, правильно заниматься с детьми, перенесшими операции на сердце. "Многие дети на домашнем обучении. Они сталкиваются с неприятием в школах ровесниками. А надо, чтобы они стали полноценными членами общества. Дети раскрываются, если среда им это позволяет", — подчеркнула М. Киселева.

Особая роль отводится психологической поддержке и сопровождению не только самого ребенка, но и его семьи, ближайшего окружения. Зачастую мать — это единственный взрослый, через которого можно достучаться до маленького пациента. "Есть много видов реабилитации, но само это слово означает возвращение человека в нормальное состояние, в свою социальную среду, обеспечение оптимального качества жизни. Когда мы говорим о реабилитации детей, правильнее говорить о реабилитации матери и ребенка", — пояснила Мария Ковязина, проф. кафедры нейро- и патопсихологии факультета психологии МГУ им. М.В. Ломоносова.

Специалисты отметили и роль отцов, которые тоже могут лежать в клинике вместе со своим ребенком, тоже могут плакать, быть заботливыми. Современные отцы далеки от хрестоматийного образа человека, появляющегося в жизни уже подросшего ребенка с ремнем и нотациями. Самая главная задача отца — создание безопасности для матери ребенка. "Роль отца велика на самом деле и для матери ребенка особенно, но правда в том, что из–за каких–то фундаментальных законов функцию матери отец выполнять не может", — сказал Александр Тхостов, заведующий кафедрой нейро– и патопсихологии факультета психологии МГУ им. М.В. Ломоносова.

Участники пресс-конференции отметили и проблему нехватки психологов в нашей стране. Они предлагают ограничить подготовку специалистов в непрофильных вузах, это печально сказывается на уровне образования и компетентности "психологов".

"Без клинической базы мы выпускаем голого теоретика, не знающего, что делатьс пациентом", — сказал Валерий Бузин,заместитель директора Департамента общественного здоровья и коммуникаций Министерства здравоохранения РФ. Он также добавил, что сегодня нужны независимые научные экспертные центры, которые оценивали бы обилие реабилитационных методик, отбирали реально работающие, научно обоснованные методики по критериям их эффективности. Методики должны быть согласованы с профессиональным сообществом и только после этого применяться на практике.