Сергей Еськин: о доступном лекарстве в эпоху пандемии

Кто мог предполагать, что нарушится первый этап создания препаратов — импорт фармацевтических субстанций? А пандемия станет определяющей, но, увы, не единственной в списке проблем, обрушившихся на фармсектор почти одномоментно...

Нестандартным ситуациям нужны нестандартные решения. Порой они очевидны, даже несмотря на всю их необычность. Но очевидны только тогда, когда кто-то осмелился первым обратить на них внимание.

В сегодняшней обстановке решение тоже кажется лежащим на поверхности. И даже уже претворяется в жизнь: отечественные фармпредприятия наращивают объемы работы, чтобы гарантировать пациенту необходимое лечение.
Однако это лишь часть ответа на вопрос. Многие люди оказались в таком положении, что даже продукты питания купить непросто. Не говоря уже о лекарствах. Каким может быть выход из сложившейся ситуации?

На вопрос МА постарался ответить директор по развитию ФК "ПУЛЬС" Сергей Еськин.

В ОЖИДАНИИ ЧАСА Х

Начало работы с маркировкой лекарственных средств обозначено датой: первое июля 2020 г. Остается всего месяц. И мы понимаем, что, несмотря на предварительно проведенную работу со всеми представителями фармсектора, времени на полноценную реализацию проекта кому–то, как студентам при сдаче экзамена, оказалось недостаточно. Предполагая, что процесс старта, скорее всего, будет не очень гладким (и так или иначе скажется на работе производителя и возникающей дефектуре лекарственных препаратов), ряд участников лекарственного рынка немного подстраховался. Так был сформирован некоторый резерв препаратов, которые будут разрешены к обращению вне требований по маркировке. На какое–то время это создаст иллюзию, что все хорошо и не так болезненно, как могло быть. Однако перспектива несколько иная.

КУРС, КОРОНАВИРУС, ФАРМСЕКТОР

Новый 2020 год начался по новому расписанию. Погодные условия в виде аномально теплой зимы внесли свои корректировки в стандартные когда–то ожидания сезонного спроса. Точнее, спроса в его привычном варианте почти не оказалось. Производители, дистрибуция и аптека "присели" на свои товарные остатки.

Наверное, пессимизма в этом вопросе было бы намного больше, но... Случившиеся глобальные изменения на рынке — падение курса рубля и обвал фьючерсов на нефть — оказали-таки влияние на изменение потребления медикаментов. Часть покупателей–пациентов бросилась в аптеки, чтобы успеть сформировать лекарственный запас уже у себя дома.
Резервы медикаментов люди оценивали как возможные инвестиции в будущее. И с этим сложно поспорить. Многие ставили важную задачу формирования стратегического запаса препаратов курсового, постоянного применения.

Далее все мы были ознакомлены с проблемой коронавируса. И впервые за долгое время пациент реагировал на специфическую медицинскую информацию из уст различных светил науки. Как только появлялись первые заметки об опыте применения тех или иных препаратов против новой коронавирусной инфекции, читатель сразу же откликался.
С аптечных полок и со складов фармацевтических дистрибуторов такие лекарства сметались "в ноль". Причем независимо от специфики их применения. Большая часть приобретенных медикаментов вновь становилась "неприкосновенным запасом". Пандемия также подстегнула спрос и на общий перечень лекарственных средств. Это произошло по причине ожидаемого дефицита лекарств из–за ограничений в производстве субстанций, а также из–за проблем, связанных с изменениями логистики в различных зарубежных государствах.

МЕДИЦИНКИЕ МАСКИ  И СЕМЕЙНЫЙ БЮДЖЕТ

Когда все мы ушли в самоизоляцию, экономического роста ни в стране, ни в бизнесах не произошло. С падением доходов и увеличением непредвиденных расходов столкнулись очень и очень многие. По причине той же самой самоизоляции. Одной из значимых расходных статей оказалось приобретение средств индивидуальной защиты. К примеру, только на медицинские маски при правильном их применении в месяц на одного человека (при сложившейся цене в 30 руб. за штуку) нужно выложить около 2600 руб.

Ценник в 30 руб. не является завышенным и его основная часть формируется вовсе не в аптеке и даже не у фармацевтического дистрибутора. Напротив, данное наименование чаще переоценивается в минус и, к тому же, нередко реализуется вне аптечных организаций. Однако для семейного бюджета сумма получается весьма ощутимая. В том числе по сравнению с прежними средними расходами на лекарства и медизделия — от 260 до 1150 руб. на человека в месяц.

КАК ИЗМЕНИЛИСЬ ПРЕДПОЧТЕНИЯ

Наверное, стало очень заметно, что в режиме самоизоляции мы (в большинстве случаев) перестали ездить за покупками в крупные торговые центры. Как следствие, упали импульсные продажи лекарств. А часть аптек, расположенных в ранее выигрышных местах, оказались вынужденно закрытыми — ведь потоки покупателей в торговые центры стали на 80–90% меньше. Выбор аптечной организации ограничился двумя маршрутами: либо рядом с домом, либо по пути на работу, недалеко от нее — для тех, кто продолжает работать.

Для себя сформулировал бы критерии выбора следующим образом: сегодня и сейчас, "в домашних тапочках" (т.е. в шаговой доступности) и при максимальном совпадении моего списка лекарств и аптечного ассортимента.

РЕЖИМ  ЖЕСТКОЙ ЭКОНОМИИ

Ценовое предложение (с учетом описанных выше этапов развития ситуации) оценивать по–прежнему уже нельзя. В особенности с учетом наличия старых остатков и новых поставок по новым ценам в разрезе всего ассортимента аптеки. И даже закрытие части аптек сейчас не приведет к перераспределению спроса, которого, по сути, и так нет. Но мы увидим переход посетителя в аптеки единичные, формирование привычки к таким аптекам и соответствующие последствия для частного бизнеса.

Часть регионов столкнулась с частичным исходом покупателей "в общем и целом". Всеобщая самоизоляция, потеря работы, снижение уровня дохода — все это привело к тому, что люди стали возвращаться из столичных городов домой. Пытаясь избежать, по крайней мере, расходов на пропитание и аренду жилья при отсутствии ясных перспектив своего заработка. В какой–то мере это отразилось и на посещаемости аптечных организаций.

Существенно сократилось также число трудовых мигрантов, прибывших в нашу страну из–за границы: только те, кто успел приехать до начала развития ситуации с коронавирусом.

ФАРМПРОИЗВОДСТВО НАРАЩИВАЕТ ТЕМПЫ

Перечень факторов, влияющих на запасы лекарственных препаратов на фармацевтическом рынке, был бы неполным без ответа на вопрос "Что происходит с производством лекарств в указанный период".

В ответ на повышенный спрос на определенные категории препаратов (противовирусные, иммуномодуляторы, антибиотики, адаптагены и пр.) и выросшую потребность со стороны государственного сегмента — все отечественные предприятия так или иначе увеличили объем производимой продукции. По данным RNC Pharma, с января по апрель 2020 г. в России было произведено лекарственных средств на сумму 150 млрд руб. (в ценах отгрузки производителей, с учетом НДС). Показатель рублевой динамики относительно аналогичного периода 2019 г. достиг 17,7%. Натуральная динамика при проведении расчетов в упаковках достигла 6,6%, причем общий положительный показатель прироста был обеспечен результатами работы только за два месяца: март и апрель.

"ВЕЧНЫЙ" ВОПРОС В СОВРЕМЕННЫХ УСЛОВИЯХ

Вот вполне внушительный перечень факторов, влияющих на ситуацию в различных звеньях фармацевтического рынка. Как следствие совокупности этих причин, ожидаемо выросли финансовые риски дистрибуции при взаимодействии с розницей. Более пристальным стал и взгляд производителей на дистрибуторов. Несомненно, тенденция эта отобразится в невостребованности товарных запасов фармсектора.

Возникает закономерный вопрос: что делать? Что делать с объемом произведенной продукции, которая не будет соответствовать объему потребления?

Наверное, будет вторая, а возможно, и третья волна пандемии коронавируса. Но она, скорее всего, уже не затронет весь предлагаемый в аптеке лекарственный ассортимент. Да и возможности покупателей–пациентов (речь о возможностях финансовых) значительно истощились.

Мне кажется очевидным, что сложившаяся ситуация ведет к необходимости корректировки ценового предложения (в адрес аптеки со стороны производителя через дистрибутора) на лекарственные средства с остаточным сроком годности менее 50%. Заодно стоит подумать и о препаратах с изначально небольшими сроками годности.

К такому варианту развития событий стоит начать готовиться уже сейчас. Может быть, и не начать готовиться, а начать действовать. Есть целый ряд вариантов решения вопроса, который поставлен перед всеми нами в сегодняшней обстановке: как не отправить на утилизацию лекарство, которое могло быть успешно реализовано?