Свежие статьи подрубрики тенденции развития:
 цитохром с
Здравоохранение 2017
ИнтерШарм 2017 осень
Здравоохранение 2017
 

XXI ВЕК: НОВАЯ ФАРМАЦЕВТИЧЕСКАЯ РЕАЛЬНОСТЬ (Ч. 7)

Гандель Виктор Генрихович
Член–корр. Международной академии интеграции науки и бизнеса (МАИНБ), к.фарм.н.

Западное общество, основанное на частной собственности и рыночной экономике, где в качестве вековых "скреп" выступают конкурентные преимущества и религиозные конфессии, функционирует в указанной парадигме (рамках) с античных времен, испробовав на этом пути множество самых разнообразных теорий, моделей, версий, форм, формаций и приемов, непрерывно совершенствуя и "шлифуя" сам процесс. Именно эти модели позволили сформировать к концу XX в. как целые семейства высокоэффективных лекарственных препаратов для терапии практически всех известных заболеваний, так и родили Большую финфарму, заправляющую современным фармацевтическим миром, и не только.

Подоплека несокрушимой и непрекращающейся погони Большой финфармы за финансовыми средствами и их перманентной аккумуляции кроется за вполне детерминированными бюджетами операционной, инвестиционной и финансовой деятельности, ставшей для нее "институциональным регламентом совершения больших дел", официально установленным и закрепленным фактически как в общественном статусе, так и, возможно, даже на некоем правовом уровне по умолчанию, в чем пока еще никто не успел или не захотел досконально разобраться, по-видимому. Все как бы знают, но делают вид, что не понимают.

-----
Для чего Большой финфарме нужна финансовая мощь? Рассмотрим легенду планирования бюджета одной фармацевтической корпорации, не называя ее имя: они похожи, как однояйцовые близнецы, но структуры собственности часто не позволяют однозначно определить национальную (страновую) принадлежность.

  1. Содержание Руководства и приближенного топ–менеджмента.
  2. Финансирование R&D и других этапов ЖЦЛП.
  3. Работа с FDA.
  4. PR — создание и поддержание имиджа в обществе (в т.ч. и не в последнюю очередь в корпоративной банковской среде, рейтинговых агентствах и аудиторских компаниях).
  5. Реклама и промоушен (может превышать расходы по п. 2 вдвое и более).
  6. Финансирование маркетинговой стратегии, включая M&A.
  7. Инвестиции в основную и иную деятельность (прямые и портфельные).
  8. "Оптимизация" налогового и иного фискального законодательства.
  9. Работа с государственными структурами, системами здравоохранения, включая соответствующих регуляторов.
  10. Борьба с конкурентами и их влиянием.
  11. Финансовый, промышленный и внутренний шпионаж.
  12. Выстраивание взаимовыгодного режима работы с чиновниками всех уровней во всем мире, везде и всегда на постоянной основе.
  13. Обеспечение производства, его модернизация и новое строительство.
  14. Создание условий для эффективной (и эффектной!) жизнедеятельности "элиты" корпорации, содержание ее креатуры, лоббистов, "болельщиков", "интересантов", "симпатизантов"…
  15. Сверхзакрытые статьи расходов.

Весь этот комплекс корпоративных проблем и задач формируется финансовым (финансово–информационным) центром материнской компании, где топ–менеджмент по согласованию с собственниками (ключевыми акционерами) определяет миссию и политику в области корпоративных финансов, получает одобрение финансового плана (или необходимость его корректировки), после чего конкретные задания распределяются между ограниченным числом доверенных (авторизованных) должностных лиц корпоративного финансового менеджмента и начинается (продолжается) их реализация.

Так называемые корпоративные истинные бюджеты хранятся в строжайшем секрете, к ним допускается не более 3–5 лиц топ–менеджмента. На протяжении последних 25–30 лет охота за ними поручается выдающимся представителям финансового (не промышленного) шпионажа. Иногда некоторым из них это почти удается: сотрудничество подобных профессионалов с ФБР не исключается.
----

На общих собраниях акционеров, как правило, докладываются банальные, часто весьма обширные отчеты о финансовой деятельности, сложные для понимания на слух и не менее затруднительные для визуального ознакомления. По факту, Большая финфарма, как правило, не отчитывается о прибылях, полученных в каждой отдельно взятой стране, а предпочитает перемещать ее от дочернего предприятия в одной стране к дочернему предприятию в другой, значительно экономя "по дороге" на налоговых платежах в зависимости от особенностей местного налогового законодательства, лоббирования и (или) "коррупционной составляющей". Широко используются также льготные режимы налогообложения в разных странах (например, Бельгия, Ирландия, Британские Виргинские и Нормандские острова, Гибралтар в Европе; всего в мире насчитывается около 100 таких "уголков") и т.д. и т.п.

В поисках новых территорий с крупным народонаселением, объективно считающимся стратегическим "запасом" Большой финфармы по его "лекарственному покрытию", ее подразделения давно расползлись по белу свету, проникнув в его самые отдаленные, глубинные уголки. Особенно "успевают" ее передовые отряды в странах третьего мира — развивающихся и слаборазвитых государствах, где природные и социальные условия, военные конфликты, экономическая и политическая нестабильность, бедность и нищета являются основными причинами ослабленного здоровья населения и множества заболеваний на этой почве.

Используемые при этом стратегии давно известны и блестяще отработаны: обаяние, проникновение, завлечение, "повязывание" и пр. Сначала привлекательные закупочные цены (до 90% дисконта), а затем их перманентный рост до заоблачных высот.

Так, заявленная высокая стоимость антиретровирусных препаратов в начале 2000-х гг., когда эпидемическая обстановка характеризовалась нарастанием активности респираторных вирусов с одномоментной циркуляцией вирусов гриппа разных серотипов и разных штаммов, привела к смерти миллионов человек в развивающихся странах, не сумевших профинансировать приобретение необходимых лекарств[1].

Не менее любопытна история с новейшим противовирусным препаратом, подавляющим репликацию и патогенность вирусов группы В и А, — Тамифлю (осельтамивир, Хоффманн–Ля Рош, Швейцария). В 2009 г., когда вторая после 1918 г. эпидемия свиного гриппа (возбудитель — вирус H1N1) захлестнула планету, ВОЗ забила тревогу и официально объявила, по–видимому, из самых лучших побуждений, что единственным средством от надвигающейся смертельной угрозы является именно Тамифлю, после чего правительства западных стран выделили миллиарды долларов на его закупку.

Однако уже в 2010 г. ВОЗ приводит данные о 314 образцах вируса свиного гриппа, которые оказались устойчивы к Тамифлю. Было выявлено множество побочных эффектов препарата (тошнота, рвота, бессонница, головокружение, расстройства стула, головные боли, боль в горле или животе). В аннотацию к лекарству были внесены изменения — ВОЗ отозвала свои рекомендации: к тому моменту компания–производитель уже заработала на выпуске Тамифлю, препарата–бестселлера 2009 г., дополнительно почти 3 млрд долл.

Заметной точкой в дебатах о прозрачности фарминдустрии в данном аспекте стал доклад Тома Джефферсона (Tom Jefferson), члена Кохрановской группы по ОРЗ (Cochrane Acute Respiratory Infections Group), опубликованный в Британском медицинском журнале, где был подвергнут сомнению эффект Тамифлю при лечении гриппа[2].

Но свято место пусто не бывает — сегодня особое внимание производителей лекарств приковано к холере: сохраняющаяся тенденция роста заболеваемости, заносы этой инфекции, приводящие к крупным вспышкам и эпидемиям, формирование эндемичных очагов в ряде стран Азии и Африки, наличие предпосылок к развитию эпидемий, распространение измененных вариантов холерных вибрионов Эль–Тор с эпидемическим и пандемическим потенциалом, определяют в целом неблагоприятный прогноз по холере на глобальном уровне со всеми вытекающими последствиями. И снова коллизия: в то время как исследователи R&D с риском для жизни и здоровья годами трудятся в непростых условиях работы и быта в странах третьего мира, например, Африканского региона, создавая эффективные лекарственные препараты, вакцины, сыворотки, средства гигиены, дезинфекции и пр., финансовый менеджмент, предчувствуя "навар", постепенно вовлекает кого надо в "танцы с объятьями", переходящими просто в неприличное времяпрепровождение, "подсаживая" выбранные "жертвы" (страны, точнее их руководство) на тот или иной лекарственный препарат, рассчитывая на его длительное, по крайней мере, на срок действия патента или контрактной договоренности, применение.

Для этого соответствующие правительственные структуры подвергаются изящной обработке, включающей множество привлекательных опций — от "активного отдыха" до "лечебного питания" и другой материальной поддержки, причем расходы по этим статьям изначально закладываются в бюджеты Большой финфармы (см., например, п. 12 легенды). На такой "материальной помощи" ряд высокопоставленных чиновников стран третьего мира, не исключая первых лиц, сколотили вполне достойные состояния для себя, своих детей, близких и любимых.

Директор по политике и анализу "Программы по доступности лекарственных средств" неправительственной международной организации "Врачи без границ" Рохит Мальпани уверен, что мировая фарма до сих пор не желает идти навстречу нуждам населения стран третьего мира и удерживает нереально высокие цены на новые лекарства для этих стран. По его мнению, фармкомпании ратуют за ужесточение законодательства в области защиты прав интеллектуальной собственности в этих странах, чтобы иметь возможность беспрепятственно получать баснословные прибыли в долгосрочной перспективе.

Как полагает старший консультант Центра безопасности глобального здравоохранения при Королевском институте международных отношений Великобритании (Chatham House), секретарь Комиссии по правам на интеллектуальную собственность Чарльз Клифт, усилия компаний Большой фармы на рынках стран третьего мира есть не что иное, как просвещенный эгоизм[3].

Просвещенный эгоизм в современной трактовке представляет собой комплекс этических принципов, сформулированных еще Аристотелем, подразумевающий, что делающий добро другим в первую очередь делает его себе. Иными словами — это получение выгоды для себя через помощь другим. Весьма тонкая "материя", ничего не скажешь! Если взять, к примеру, экономику, то спонсорство и благотворительность создают благоприятные имиджевые условия для получения устойчивой прибыли в будущем, что полезно и бизнесу, и обществу. Слишком тонка эта грань между этикой и прагматикой, но искушение "подзаработать" сверх экономически обоснованной прибыли, да еще "грамотно" это обосновать, сегодня велико, как никогда.

Без профессиональной общественной экспертизы здесь не обойтись: международные объективные технологии финансового контроля давно разработаны и приняты, их важно неукоснительно повсеместно соблюдать.

Таким образом, мы становимся свидетелями, наряду с "ньюпротестантской" этикой, еще одного нового формата "мышления" Большой финфармы — просвещенным эгоизмом. Теперь становится понятным, что желание "зарабатывать" постоянно практически неистребимо: в рукаве Большой финфармы обнаружился еще один козырь. Важная проблема фармацевтического бизнеса — то, что здоровые люди обычно лекарств не принимают: витамины, минеральные вещества и растительные продукты — да, медицинские препараты, как правило, — нет.

Следующим шагом в этом направлении стала разработка профилактических средств. Их можно давать любому человеку, которому угрожают вездесущие убийцы вроде сердечных заболеваний, инсульта, рака и диабета, т.е. в диетологически безграмотной стране — практически каждому.

Гандель Виктор Генрихович
12.07.2017
Комментарии
Оставлять комментарии могут только члены Клуба. Авторизоваться. Вступить в Клуб.
 цитохром с
Здравоохранение 2017
ИнтерШарм 2017 осень
Здравоохранение 2017
 
Войти
* обязательные поля
Зарегистрироваться