Гарольд Анатольевич, как, на Ваш взгляд, изменилось положение дел в логистике лекарственных препаратов с 2022 года?
К счастью, поставки лекарств — процесс все-таки достаточно стабильный. Пусть и какое-то время в 2022 году наблюдалась определенная разбалансированность рынка и некоторая неясность прогнозов по его дальнейшему развитию.
Ряд зарубежных фармкомпаний действительно какое-то время не ввозили препараты, что зачастую было связано с ограничительными мерами по страхованию перевозок. Оставался неясным вопрос: кто будет нести ответственность и в какой мере? Ведь был же период, когда наблюдались дефицит перевозчиков и нехватка рефрижераторов, способных поддерживать температурные условия для транспортировки медикаментов.
Некоторые компании ушли в это время с отечественного фармрынка, однако на их место пришли другие. Российские производители смогли достаточно оперативно перестроиться и обеспечить пациента необходимыми наименованиями препаратов, в том числе дженериками тех средств, которые перестали ввозить в нашу страну. Процесс появления новых лекарств, воспроизведенных и инновационных, продолжается и сегодня. И такие медикаменты востребованы.
Еще одно изменение коснулось непосредственно фармацевтических складов. Дело в том, что три года назад практически все западные фармкомпании имели свои распределительные центры в Восточной Европе и всегда ввозили быстро оборачиваемый объем лекарств. На один месяц, на три месяца. Некоторые иностранные производители, когда шла подготовка к обязательной маркировке медикаментов, создавали даже полугодовые запасы, и это было связанно именно с запуском системы МДЛП.
Позапрошлой же весной международный фармрынок стал чаще сталкиваться с неопределенностью. В ситуации, когда не всегда ясно как будут обстоять дела с транспортом, компании стали завозить все больше препаратов, минуя транзитные склады. Так начали формироваться дополнительные запасы у отечественных логистических операторов и фармдистрибуторов. Возник даже дефицит складских помещений, отвечающих требованиям надлежащей дистрибуторской практики (GDP).
Сами мы тоже с этим столкнулись: сегодня площадей хватает, однако продолжаем находиться, что называется, на грани возможностей — заполняемость складов в среднем по рынку составляет около 95%. Однако к сегодняшнему дню вроде бы все «устаканилось»: предприятия фармотрасли успешно адаптировались к новым реалиям.
Как фармлогистика в частности и фармотрасль в целом отреагировали на изменения, связанные с пандемией и далее?
Перемены были достаточно существенными. Здесь хотел бы отметить неожиданный положительный эффект: события 2020 года во многом стимулировали развитие отечественных фармацевтических производств в силу необходимости в определенных препаратах, которые действительно начали выпускаться в нашей стране в большом количестве. Далее началась «цепная реакция»: у производственных компаний возникла потребность в карантинных и аутсорсинговых складах. Для тех же противоковидных вакцин, например, оказались нужны особые условия хранения, фактически заморозка.
Выпускаемые лекарства помогали пациентам еще долгое время и были полезны даже на выходе из пандемии. Однако на фармацевтических складах периодически также возникала затоваренность — неизбежная спутница стремительного роста производства.
Не могла не измениться и логистика: ни один из действующих производителей не обладал достаточными складскими площадями для хранения тех же противоковидных вакцин. Был создан специальный склад–хаб, откуда эти вакцины распределялись по территории всей России.
А в целом фармотрасль показала, что она умеет адаптироваться к новым вызовам. Пандемия ведь была вызовом не только для нашей страны, но и для всего мира. Сложный период был пройден достаточно успешно: фармотрасль приняла удар и смогла себя отстоять.
Одним из ключевых событий 2020 года и еще одним вызовом для национальной фармы стала также обязательная маркировка лекпрепаратов. В первую очередь из-за затрат, которые необходимо было вложить в производство, причем не только в оборудование, но и в программное обеспечение. С этой задачей каждый справлялся по-своему: кто-то обратился к ИТ-разработчикам, кто-то занялся самостоятельным написанием программ… На начальном этапе внедрения системы все было достаточно непросто, но в результате фармрынок стал более прозрачным, а количество пересорта на складах уменьшилось.
Теперь и производитель, и налоговая служба всегда в курсе того, где находится лекарство, у кого оно и по какой цене было реализовано. Благодаря этому удалось практически полностью справиться с проблемой «перелива» препаратов в госсегменте, что стало важной вехой развития национальной фармотрасли. А в 2024 году нас ожидают новые изменения — продолжение внедрения маркировки для биодобавок и медизделий.
Для логистики маркировка также оказалась важной?
Логистическое направление — это ведь не только транспорт. Это складские услуги, хранение, подбор, комплектация и как раз нанесение кодов маркировки на некоторые препараты на таможенных складах.
Спектр выполняемых логоператором функций действительно широк и в нашем случае даже не ограничен сферой фармацевтики — у компании есть также лицензия на работу с ветеринарными препаратами, это отдельное направление деятельности. В области поставок ветпрепаратов 2024 год также принес перемены: появились определенные сложности с импортом вакцин и лекарственных средств для животных — не только домашних, но и сельскохозяйственных. А обеспеченность данными лекарствами исключительно важна, ведь от нее зависит безопасность продуктов, которые мы употребляем в пищу.
Благодаря своим мощностям, опыту, умениям и тому, что на складах работают провизоры и фармацевты (и другие дипломированные специалисты), которые проходят постоянное обучение, логистический оператор может успешно выполнять свои задачи и при этом в определенной мере снижать затраты национальной лекарственной промышленности и других секторов фармотрасли. Недавно, например, Росздравнадзор предупреждал о необходимости усилить контроль температурных режимов, а это тоже одна из задач фармацевтической логистики.
![Фармсклад300х200 Фармсклад300х200](https://img.mosapteki.ru/images/media/28779)
Почему логистические операторы называются также 3PL-операторами?
«3PL» означает «Third Party Logistics». Кто-то считает, что данное наименование описывает три основных функции логоператора, кто-то полагает, что слово «три», а точнее — «третья сторона», указывает на стороннюю компанию, оказывающую логистические услуги своим клиентам (заказчикам), т.е. так называемый аутсорсинг. Вторую точку зрения считаю более правильной и мне она ближе, ведь мы являемся партнерами и для производителей, и для дистрибуторов, и для аптечных сетей и становимся связующим звеном между ними и потребителем, причем делаем это профессионально.
Что необходимо для того, чтобы 3PL-оператор мог стать для этих «третьих лиц» надежным партнером?
Начинать нужно с баланса цены и качества — это первое, на что обращает внимание потенциальный партнер. Управление качеством и возможность его подтверждения важны всегда. Мы, например, следуем международным правилам Надлежащей дистрибуторской практики и имеем соответствующий сертификат.
Что касается вопроса о цене, то он стал даже не первоочередным, а острейшим. Все мы можем наблюдать, с какой скоростью растет стоимость тех или иных услуг. А от чего зависит итоговый ценник?
Поясню на нашем примере: если логистический оператор арендует складские площади у владельца логистического парка (а сейчас нехватка площадей — явление повсеместное), на себестоимость его работы повлияет рост арендных ставок и необходимость индексировать зарплатные ставки для сотрудников. Высокие значения имеет и ключевая ставка ЦБ, увеличение которой эксперты предполагают и далее (отсюда, в частности, снижение темпов строительства новых объектов).
На фоне роста цен как выходите из положения?
Пусть для нас цены выросли уже сегодня, но для наших партнеров они поднимутся спустя определенное время. Мы выступаем своеобразным «буфером», который принимает на себя удар подобных экономических проблем. По некоторым контрактам, заключенным еще три-четыре года назад, условия индексации текущим реалиям уже не соответствуют. Но приходится все это выдерживать. Чтобы сохранить взаимопонимание с клиентами, всегда стараемся приложить усилия и найти варианты действий.
Считаю, что даже в обстановке рынка отношения между партнерами нельзя мерить исключительно финансовыми критериями. Нужно учитывать и готовность «протянуть руку», когда кто-либо из вас попал в сложную ситуацию. Ведь у всех все бывает хорошо не всегда! С тем же сезонным спадом реализации (в зависимости от специфики деятельности) сталкивается каждый. Поэтому мы готовы оказывать поддержку в нестандартных обстоятельствах. Этим и ценны именно партнерские отношения, а не только продажа услуг.
Как считаете, насколько сложна сейчас конкурентная среда в «центральном звене» фармотрасли?
С точки зрения конкуренции в нашей сфере список ключевых игроков остается практически неизменным, как и в дистрибуции. Но, конечно, нагрузка на логистические организации уже несколько лет продолжает расти — именно они помогают отечественной промышленности полномасштабно функционировать в условиях санкций. На фоне этих внешних ограничений у фармпрома возникла потребность в создании буферных запасов сырья. И один из возможных вариантов здесь — получение лицензии Минпромторга на хранение готовой продукции, в том числе карантинной, которая уже выпущена, но еще не введена в гражданский оборот.
Чтобы избежать лишних затрат на строительство и оборудование складских зданий, которые могут быть значительно удалены от «центра дистрибуции» (для нашей страны таким центром являются Москва и Подмосковье), промышленные предприятия и обращаются к логистическим операторам. Ведь лекарства, произведенные, например, в Иркутске и предназначенные для обеспечения стационаров, все равно нужно будет доставить на центральные склады, откуда их партии разойдутся уже по всей России. Сторонние логистические комплексы в таких обстоятельствах дают фармпроизводителю возможность сохранить денежные средства, чтобы вложить их в разработку технологий и препаратов.
Какова география Вашей деятельности?
Наши складские здания (общей площадью порядка 120 тыс. кв.м.) расположены на юге Подмосковья: в Северном Домодедово, Южном Домодедово и городе Чехове. Работаем со всеми действующими в регионе аэропортами — Домодедово, Внуково и Шереметьево, включая направление внутри таможенных транзитов. Когда самолет доставляет еще немаркированные лекарства, нанести на них необходимые коды склад временного хранения при аэропорте не сможет, он такой деятельностью не занимается. Однако в компетенцию логистического оператора такая функция входит, и после ее выполнения препараты уже готовы к отправке в оптовое звено и дальнейшим поставкам в аптеки.
Также помогаем импортерам выполнять распределение крупных партий лекарств для передачи дистрибуторским компаниям. Иногда привозим медикаменты сами, иногда с наших складов их забирают оптовики.
Транспортных средств в компании достаточно, чтобы вести перевозку лекарств по всей стране, и не только на коммерческом рынке, но и в различные медучреждения, когда идет речь о государственных аукционах. Победив в тендере, производитель зачастую прибегает к услугам логоператора.
Планируете ли приходить в другие регионы, помимо московского?
Ситуация такова, необходимость в «компактной географии» складских помещений продиктовано практикой. В отдаленных (и даже не особенно дальних, но не центральных) районах хорошо функционируют дистрибуторы, а вот склады логоператоров действуют далеко не на полную мощность, если только они не транзитные. Привозить препараты нужно все-таки в том количестве, в котором их сможет потребить конкретный регион.
![Фармсклад_300х200 Фармсклад_300х200](https://img.mosapteki.ru/images/media/28777)
По каким принципам выстраиваете кадровую политику? Какие знания и качества считаете главными для специалистов, работающих в фармлогистике?
На этом вопросе хотел бы особенно акцентировать внимание. На первых этапах нашей работы было непросто найти специалиста с фармобразованием. Приходил либо хороший управленец, либо хороший провизор, а вот сочетания первого со вторым не встречалось очень и очень долго. Как только нашли первого человека, отлично разбирающегося и в фармации, и в менеджменте, за ним начали «подтягиваться» другие профессионалы с этим необходимым симбиозом знаний, навыков и качеств. В итоге образовалась квалифицированная команда.
Названная комбинация действительно важна: многие думают, что фармацевты и провизоры работают только в аптеке, а они нужны и на заводах, и у нас. К каждому клиенту мы прикрепляем отдельного куратора с фармацевтическим образованием, который занимается в том числе вопросами качества отгрузки, температурных режимов, стабильности лекарственных препаратов (включая список предметно-количественного учета) и т.д.
При этом, повторюсь, одного знания фармации мало. Необходимо разбираться в организационных принципах, уметь выстроить цепь рабочих процессов, сформировать коллектив и самому стать органичной частью команды. Ведь на одном складе может находиться 30 и 50 клиентов одновременно. В целом их у нас более ста: некоторые компании крупные, некоторые очень малы, но уделить внимание нужно каждой.
К сожалению, в процессе подготовки провизоров часто делается акцент только на аптеку, но профессиональный кругозор таких специалистов может и должен быть гораздо шире. Поэтому стараемся помочь сотрудникам с высшим фармацевтическим образованием приобрести и дополнительные знания, исключительно важные для сферы логистики.
Сотрудничаете ли с вузами и учебными заведениями СПО?
Да, мы регулярно приглашаем студентов (обучающихся как фармации, так и логистике) посетить наши склады. Ведь еще задолго до диплома будущему специалисту нужноувидеть, как движутся лекарства, как происходит приемка или температурное картирование… Складской комплекс — это большой организм, в котором каждый элемент является жизненно важным.
Сотрудничаем с Первым МГМУ имени Сеченова, НИУ ВШЭ, администрацией и техникумами Домодедовского района Подмосковья. От специалистов со средним образованием зависит действительно многое. Вспомните, когда в разгар ковидной пандемии не хватало водителей спецтехники — высотных штабелеров, которые ездят и снимают с какого-нибудь пятого или седьмого яруса лекарственные препараты на поддонах. Чтобы комплектовщик собрал товар на отгрузку в аптеку, его ведь нужно снять с этой высоты!
И водителю, и комплектовщику требуется серьезное обучение. А район большой: в силу близости к аэропорту складских объектов и логистических парков достаточно много и связанные с ними профессии очень востребованы. Причем не только на предприятиях фармотрасли.
Количество студентов, желающих посетить наш склад, часто «зашкаливает»: если привести столько человек в складское помещение, рабочие процессы просто-напросто остановятся. Поэтому потоки слушателей приходится разделять.
Насколько помогает в профессиональной деятельности Ваше профильное образование?
Знания в области химии, полученные в МИТХТ имени М.В. Ломоносова, оказались исключительно полезными для одного из видов деятельности — в свое время мы проводили лабораторные испытания ввозимых лекарственных препаратов для их дальнейшей сертификации. Собственно же в логистике больше помогло МВА по управлению.
До 2010 года занимался автомобильным бизнесом ируководил дилерским центром «Мерседес-Бенц». Когда предложили прийти в логистику для фармы, все было новое, непонятное, но и интересное. Нужно было буквально организовывать компанию «с нуля». С этого момента прошло 14 лет, конечно, были и трудности, но сегодняшним результатом есть повод гордиться.
Наверное, в дальнейшем значение логистических операторов продолжит возрастать, ведь внимание к их работе со стороны Минпромторга становится все более значительным: любой дополнительный адрес работы фармацевтического производства, пусть и не на территории самого предприятия, подлежит обязательному аудиту раз в 3 года. Сама же функция распределения очень важна, ведь лекарства — это всегда необходимость.