Александр Виноградов: "Фармрынок России крайне недооценен"

Все это время она демонстрирует завидный рост. В планах руководства Alvogen, о которых рассказал корреспонденту МА генеральный директор российского отделения компании Александр Виноградов, — войти в десятку ведущих производителей дженериков.

Александр, с чего началась компания Alvogen?
— Основатель и глава Alvogen Роберт Вессман, долгое время руководивший одной крупной фармацевтической компанией, в 2009 г. решил создать что-то свое, принципиально новое. В том же году и началась история Alvogen. Со дня своего основания она активна в сделках по приобретению не только наиболее перспективных компаний в фармацевтической отрасли, но и части портфелей компаний, давно зарекомендовавших себя на рынке. Одной из первых присоединенных стала компания со 125–летней историей и непревзойденной репутацией качества продукции — Norwich Pharmaceuticals (США).

А среди приобретений в России — пять оригинальных лекарственных препаратов компании "Байер".

Как переводится название компании?

— В названии обыграна суть — это компания следующего поколения, с радикально новой бизнес–моделью (alvo означает цель, а вторая часть названия gen — будущее поколение). Уникальность бизнес–модели в том, что Alvogen присутствует на рынках с высоким ростом фармацевтического бизнеса и большим потенциалом его развития, на каждом из рынков предлагает уникальный портфель препаратов.

Если в 2009 г. компания присутствовала только на рынке США, то в 2014 г. уже заявила о себе на рынках Восточной и Центральной Европы, в Азии и Тихоокеанском регионе.

Чего уже удалось достичь?
— За пять лет компания показала среднегодовой рост в 78%, в 2015 г. ее доход составит 850 млн долл. В целом на различных рынках продаются 350 лекарственных препаратов компании. Еще 200 препаратов находятся в стадии высокой готовности к подаче документов на регистрацию. Штаб–квартира компании располагается в столице Исландии Рейкьявике, там же строится крупный завод площадью 11 тыс. кв. м по производству биоаналогов. Строительство предприятия началось в 2013 г., сейчас это уже здание с крышей, а запуск производства запланирован на 2017–2018 гг. К тому же у компании есть пять заводов и центров по развитию, что говорит о научном подходе к бизнесу. Не просто купил–продал, а желание совершенствовать и создавать лекарственные препараты, пусть и в дженерическом направлении. Наша цель — войти в TOP-10 производителей дженериков. Уверен, что через несколько лет фармрынок услышит о наших крупных сделках.

Стратегия развития компании Alvogen в России базируется на двух направлениях: ОТС (это противопростудные, желудочно–кишечные и противоаллергические) и Rx (препараты для женского здоровья), а также госпитальное направление (развитие данной линии планируется в 2016 г.).

А в России компания стартовала с одного лекарственного препарата противопростудного действия "Стопгрипан". Мы начали общаться с фармацевтами и провизорами и постепенно смогли показать внушительный рост, добившись дохода в 2015 г. на российском рынке в размере 14,5 млн долл.

Как компании работается на российском рынке сегодня, не в самых благоприятных условиях экономического кризиса, международных санкций?
— Считаю, что рынок России крайне недооценен. Если фармрынки Западной Европы последние 10 лет стагнируют или падают, то рынок России, напротив, развивается и потенциал его огромен. Сегодня объем российского фармацевтического рынка составляет 25 млрд долларов, а должен быть, по крайней мере, 120 млрд. Об этом знают аналитики, инвесторы и фармпроизводители. Они будут на рынке России всегда, несмотря ни на какие кризисы. Ведь никто не уходит с рынка.

Что касается кризиса... Еще Ротшильд говорил, что кризис — это время, когда надо покупать. Не продавать, а именно покупать, поэтому мы и заходим на российский фармрынок. Одна из стратегий нашей компании — покупка активов. Один из примеров — покупка препаратов компании "Байер". Если бы не было кризиса, наверное, нам пришлось бы конкурировать дольше и жестче с другими желающими купить эти препараты. Многие игроки рынка кризиса испугались, но мы — нет; смогли приобрести препараты, и теперь они являются активом нашей компании, позволив нам войти в гинекологическое врачебное сообщество, что было бы крайне сложно сделать без проверенных временем и хорошо известных лекарственных препаратов. Так что в кризис Alvogen предпочитает инвестировать и покупать.

Будет ли компания локализоваться в России? Ведь, наверное, возить препараты из Исландии в Россию дорого?
— Поверьте, возить дешевле, чем локализовать производство на территории России, потому что, начиная выводить на рынок препарат с нуля, мы выпускаем его небольшими партиями. Но чтобы локализовать небольшие объемы, требуются очень большие инвестиции. Если будет миллион или 10 млн упаковок, тогда это оправданно с точки зрения экономики. Но если это первые 50 тыс. упаковок, то они будут слишком дорогими.

Сейчас мы ведем переговоры с огромным числом российских фармпредприятий по вопросам локализации, но проблема в том, что не все они готовы выделять отдельную производственную линию под небольшие объемы. Онкологические препараты, например, или противогрибковые внутривенного использования требуют отдельной технологии производства с отдельными боксом и линией.

Поэтому ввозить дешевле при условии, что мы не попадем под действие постановления "третий лишний", если не будет двух локальных производителей, причем именно в том тендере, в котором мы участвуем. Такие шансы у компании есть. Мы стремимся регистрировать только первые дженерики. Но в любом случае это постановление неким образом заставит пересмотреть портфель компании, некоторые препараты просто останутся в активе.

На какие категории потребителей рассчитана продукция компании?
— Лекарственные препараты Alvogen недешевы, потому что они очень высокого качества. Мы не можем предлагать препараты плохого качества. Это один из принципов компании — правильные люди, правильные препараты, правильный сервис. Мы берем хорошую субстанцию, а значит, цена препарата уже сразу увеличивается. Мы понимаем, что кто–то не захочет или не сможет покупать наши препараты, предпочтя им более дешевые, но вопрос в том, что право выбора есть у всех. У нас на рынке огромный выбор лекарств — от антибиотика за 10 руб. до лекарств с космическими ценами. Что касается женских препаратов, то это так называемая лайфстайл терапия. У нас во многом уникальные препараты, они комплаентны к человеку, пациент не испытывает никаких побочных эффектов и дискомфорта. Экономическая ситуация вынудила нас поднять цены примерно на 15%, хотя курс доллара и евро вырос намного больше. Компания не может полностью переложить на плечи пациентов эту разницу, потому что это не оправданно. Мы понимаем, что в кризисное время должны разделить и с пациентами, и с аптеками, и с врачами это бремя, взяв большую часть расходов на себя.

Каковы планы по развитию компании на российском рынке на ближайшие годы?
— Российский рынок очень привлекательный. Одна из задач — поиск активов внутри России, поиск препаратов для увеличения присутствия компании в стране. Это не уникальная стратегия. Многие компании с разной степенью успеха занимаются этим, но Alvogen хочет развиваться в этом направлении, не забывая про собственный рост. Сейчас компания занимается двумя линиями продвижения — это лекарственные гормональные препараты для женского здоровья и безрецептурные препараты (противопростудные, желудочно–кишечные и др.). С 1 января 2016 г. мы запускаем еще один оригинальный препарат, название которого я пока не могу озвучить. Подчеркну, что у компании полноценное портфолио лекарственных препаратов.

В первоочередных планах компании по дальнейшему развитию портфеля также открытие госпитального тендерного направления, включающего онкологические препараты, высокоэффективные антибиотики и антимикотики.

Россия воспринимается руководством компании Alvogen как ключевой рынок.