Еще раз о ценах: у каждого должна быть возможность дышать

Но обсуждение еще не вступивших в силу правил ценообразования редко когда выходит за пределы России. Действительно, где еще может действовать национальное законодательство, как не в рамках одной отдельно взятой страны?

"Но давайте вспомним, что в следующем году ценовое регулирование вводит Казахстан. И делает он это с оглядкой на Россию», — заметил на деловом завтраке РБК "Вопросы нормативно–правового регулирования ЖНВЛП" Иван Глушков, заместитель генерального директора компании STADA CIS.

ИГРА НА ПОНИЖЕНИЕ — ВО ВСЕСОЮЗНОМ МАСШТАБЕ?

И у нас, и у нашего партнера по Евразийскому экономическому союзу задача определить порядок регулирования цен поставлена поручением главы государства. И в России, и в Казахстане проект документа — в активном обсуждении. И в Москве, и в Астане минздравы высказывают схожие мнения.

Если пример россиян возьмет на вооружение один из участников ЕАЭС, смогут ли остаться в стороне другие члены Союза? И как поступят государства, которые хотели бы стать его частью?

Первый шаг вниз от минимальной цены неминуемо вызовет следующий. Начнет закручиваться "спираль на понижение". Вначале снизит цену Россия, затем Казахстан, затем остальные участники, потом очередь будет вновь за отечественной фармой… Условия, которыми хотят обеспечить доступность лекарства для пациента, содержат серьезное внутреннее противоречие.

НА КОГО РАВНЯТЬСЯ РОССИИ?

"В ряде развивающихся стран состояние экономики не позволяет поддерживать адекватную для производителя цену", — прокомментировал Владимир Гурдус, член экспертного совета при Правительстве РФ и Общественного совета при Минздраве. Но наш ли это случай?

Список референтных государств действительно вызывает немало вопросов. Поэтому Владимир Гурдус предлагает сопровождать его составление специальным анализом. Государства, входящие в число референтных, должны быть сравнимы с Россией по ряду экономических показателей, как общих, так и отраслевых: например, по структуре фармацевтического рынка и доле сегмента лекарственного возмещения. Также курс валюты референтной страны должен быть связан в Российской Федерации с курсом рубля. Валютные скачки и инфляцию тоже необходимо учитывать и учитывать не просто формально.

А вот еще нерешенная задача: если в ценообразовании применяется "корзина референтных стран", то почему выбрано минимальное значение цены, а не среднее арифметическое? Трех, например, минимальных показателей в перечне?

"Зачем тогда вообще нужна корзина, если цена не средневзвешенная? Тогда проще на этот год объявлять референтной страной Буркина–Фасо, на следующий год — Берег Слоновой кости… Тогда было бы проще администрировать! — горько иронизирует Владимир Шипков, исполнительный директор Ассоциации международных фармацевтических производителей (AIPM). — Сознательно упрощаю сверхчувствительность этого вопроса".

СОЦИАЛЬНАЯ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ: ГОСУДАРСТВО — НЕ СУБЪЕКТ, А ОБЪЕКТ?

У фармацевтической компании "Новартис" есть программа, по которой она продает некоторым странам Африки лекарства… за один доллар в месяц.

"Мы лечим малярию за доллар, и это наша социальная ответственность. Да, есть страны, где нет возможности платить за решения для пациентов. Но это не значит, что пациенты должны погибать", — замечает Наталья Колерова, руководитель департамента онкологических препаратов "Новартис".

Сравнение с теми странами Африки, которым удалось обрести независимость лишь в ХХ столетии, в течение пресс–завтрака звучало довольно часто. Эксперты фармацевтики с горькой иронией предлагали сделать референтными государствами те, в которых уровень жизни — на последних местах на планете, а уровень заболеваемости некоторыми инфекциями "зашкаливает".

"Россия хочет развивать здравоохранение и фарминдустрию — так поддержите их!" — продолжает Наталья Колерова. Стоит ли родине великих врачей и ученых забыть о своих достижениях и спуститься, быть может, навсегда, в "зону социальной ответственности" в качестве объекта для "гуманитарной фармацевтической помощи"?

ВСЕСОЮЗНАЯ ПРОБЛЕМА: ОТКЛАДЫВАТЬ НЕЛЬЗЯ РЕШАТЬ

Вопрос о ценообразовании необходимо поднять на уровень ЕАЭС, считает Иван Глушков. С ним не согласен Владимир Шипков: он обратил внимание на то, что рассмотрение этой проблемы не входит в правовую компетенцию Союза.

Однако удастся ли Евразийскому экономическому союзу избежать ответа на вопрос с ценообразованием? И не только в плоскости права?

ПОБОЧНЫЕ ЭФФЕКТЫ УМЕНЬШИТ… ФАРМВОЗМЕЩЕНИЕ

В проекте механизма регулирования цен на ЖНВЛП можно увидеть предвестника лекарственного возмещения, считает Владимир Шипков. Об этом говорит и организация фармпомощи в некоторых странах, которые предлагают считать референтными.

Но если бы ценообразование и возмещение были представлены фармсообществу одновременно, реакция была бы не такой категоричной, полагает Владимир Шипков. Негативное воздействие предложенных правил на рентабельность фармпроизводства и, в конечном счете, на его дальнейшее развитие и существование — компенсировала бы (пусть и частично) гарантированная доставка лекарства пациенту.

В условиях рынка трудно выжить всем: и человеку, особенно если он болеет, и заводу, выпускающему фармпрепараты…

Интересно, что связь с государственным сегментом в методике присутствует совсем другая: цену на жизненно важный препарат определяют… исходя из государственных закупок. Она не может превышать максимальную средневзвешенную цену госзакупок. "Но референтное ценообразование не связано с внутренним на основе закупочных цен! В методике нет норм, определяющих порядок расчета максимальной средневзвешенной цены государственных закупок. А это создает риски некорректных подсчетов, субъективизма и необъективной оценки, — предупреждает Владимир Гурдус. — Ведь цены на государственных закупках сегодня определяются не единообразно, а по ряду внешних факторов".

При этом ценообразование на ЖНВЛП распространяется и на розничный сегмент, где издержки фармпредприятий ощутимо больше, чем в сегменте государственном.

"У КАЖДОГО ДОЛЖНА БЫТЬ ВОЗМОЖНОСТЬ ДЫШАТЬ!"

За семь лет государственного регулирования цен на лекарства сменилось пять методик, на очереди шестая. Но изменения происходят, как в одной из песен в советском фильме: "Чтобы было все по–новому, оставалось все… по–старому!". Правовые акты постоянны в одном: наименее защищен отечественный производитель.

Как обратил внимание Владимир Гурдус, если будет утвержден сегодняшний вариант регулирования цен, то до 90% препаратов, производимых в нашей стране (как национальными предприятиями, так и локализованными), находятся в зоне риска. С ним согласен и Иван Глушков: компания STADA, один из ключевых заводов которой — знаменитый "Нижфарм", отметивший не так давно свое 95–летие, провела исследование рентабельности своих лекарственных средств. Но не сейчас, а в предположительном ближайшем будущем. Если новая методика вступит в силу.

Референтные препараты, конечно, еще неизвестны, но… Для тех медикаментов, которые производят в России, на "Нижфарме", в три раза больше потерь, чем для импортируемых STADA в нашу страну. Четверть локальных препаратов уходит в убыток. Рентабельность падает на десятки процентов. А это прямое основание для снятия с производства. Импортные же продукты остаются еще в зоне рентабельности…

"Всем должен быть дан кислород. Каждому должна быть дана возможность развивать свое дело. Сотрудникам, которым вы даете рабочие места. Ученым, которые проводят исследования и создают новые лекарства. Пациентам, которым ваши доступные препараты дают возможность жить и работать, — обращается к фармсообществу и государственным органам Наталья Колерова. — У нас постоянная турбулентность в регуляторной базе. Очень сложно объяснить, что нас ждет. За счет этого малопредсказуемого фактора западные компании предпочитают идти на стабильные рынки. Да, государство действительно должно регулировать цены, но делать это конструктивно. У каждого должна быть возможность дышать и давать прибавочную стоимость.

Мы только приступили к локализационным проектам. Дайте нам возможность реализовать все это".

Если говорить не об одной отдельно взятой компании, а об AIPM в целом, то… порядка 400 жизненно важных препаратов — в стадии трансфера и партнерства. Все это сейчас нужно оценивать заново.

КАКОВ ПРОГНОЗ НА ЗАВТРА?

"В целом в документе можно найти и хорошие стороны. Да, стране не нужны современные препараты, да, страна прямо об этом говорит, но какой стимул к развитию экспорта! — с горькой иронией заметил Иван Глушков на деловом завтраке. — И еще — какой прекрасный стимул к развитию портфеля БАД… Нам как промышленности просто дают понять: вы производите препараты, которые с точки зрения администраторов здравоохранения стране не нужны. А сейчас важно ответить на вопрос: как мы будем жить в следующем году — исходя из целеполагания, которое дает крупнейший заказчик? Минздрав — это ведь треть рынка".

Остается надеяться: если промышленность не услышали сегодня, ее могут услышать завтра…

По материалам делового завтрака РБК "Вопросы нормативно-правового регулирования ЖНВЛП".