Фармацевтические смыслы. Эпизод III: Новая Россия ( ч.2)

Останется ли в национальном формате или уйдет в другие руки или даже в другие юрисдикции, станет космополитической, не привязанной к национальной идентичности, самобытности. Предстоит также решить вопрос: нужна ли в XXI в. такая идентичность, или это химера эпохи "исторического материализма".

Гандель Виктор Генрихович
Член–корр. Международной академии интеграции науки и бизнеса (МАИНБ), к.фарм.н.

Говоря откровенно, кое–что предпринимается: рождается государственно–частное партнерство в области фармации, формируются кластеры как региональные центры развития фармацевтической науки и производства, локализуются наши иностранные партнеры (реанимирующие, как правило, устаревшие бренды), пытается найти себя импортозамещение, совершенствуется фармобразование (в т.ч., например, путем реализации программ подготовки нового поколения специалистов для российской фармацевтической отрасли "Больше, чем образование"), оптимизируется оптовый рынок, разрабатывается пилотный проект реимбурсации и т.д. и т.п.

По–видимому, стало меняться отношение населения к отечественным лекарствам, не исключено, вынужденное: по результатам последнего опроса фонда "Общественное мнение"[1], свыше трети россиян (39%) выберут российский препарат при наличии аналогичного импортного, если стоимость первого приемлема. Правда, делается оговорка: москвичи все же предпочитают импортные даже при более высокой цене.

При этом 96% россиян, по мнению ВЦИОМ[2], продолжают быть уверенными, что именно государство обязано обеспечивать население необходимыми лекарствами в случае возникновения кризисной ситуации.

Численность потенциальных потребителей фармацевтической помощи в Новой России на 1 января 2016 г. составило 146 544 710 человек[3] (для сравнения, в 1917 г. это количество равнялось примерно 180 млн человек).

Не подлежит сомнению, что мы вступили в новый, ранее не известный, самоорганизующийся мир, в значительной мере функционирующий на основе коммуникативных социальных технологий, или, как теперь принято говорить, "оказались в новой реальности". Констатация данного факта заставляет по–новому взглянуть на то, что ранее казалось незыблемым, в т.ч. и в области фармацевтических смыслов. Стремительная глобализация[4] экономической, политической, культурной и религиозной жизни по пути интеграции и унификации всего и вся, несмотря на явное противодействие ее противников, набирает обороты. Происходит революционное преобразование мировой экономики и общественной среды. Окружающий мир настолько приблизился, что мы уже не замечаем, что может поехать, куда хотим, приобрести, что хотим, общаться с кем хотим, видеть, кого и когда хотим, создавать семью там и с тем, с кем хотим и т.д., вопрос лишь в возможностях. Эти удобства и услуги легко реализуются как через Интернет, так и путем привычных социальных коммуникаций (личного общения), раздвинувших ограничительные барьеры между государствами и народами.

Сохраняется достаточно высокая степень доверия населения к фармации: количество визитов в аптеку растет, существенно превосходя число таковых в поликлинику (здесь следует разобраться, что лучше).

В этой связи мы наблюдаем рождение и становление в нашем менталитете такого инновационного понятия, как коммуникативная компетентность фармацевтического работника. Этот профессиональный термин характеризует современный стиль взаимоотношений продавца и покупателя фармацевтических услуг, да и не только их. Он с научных позиций характеризует (объясняет) оптимум подобного взаимодействия в конкурентной рыночной среде, призванного обеспечить нижеперечисленное.

Со стороны производителя и продавца фармацевтической продукции и/или услуги предоставление:

• разумного объема информации (понятной и доступной потребителю) о реализуемом товаре или услуге в формате профессионализма;
• клиенто–/пациентоориентированности и сервисности;
• потенциальные основные преимущества организации производителя и продавца фармацевтической продукции и услуг, таковыми являются:
• увеличение ценности для потребителей;
  рост удовлетворенности потребителей;
  появление лояльности потребителей;
  совершение повторных сделок;
  улучшение репутации организации;
  расширение потребительской базы;
  рост доходов и увеличение доли рынка.

Со стороны потребителя (покупателя, клиента, пациента):

• реальную заинтересованность в товаре или услуге, выражающейся в последующем их приобретении с чувством удовлетворенности качеством обслуживания, предложенным соотношением цена/качество продукта и фактическим выздоровлением (положительным исходом) на выходе процесса фармакотерапии.

Примат оценки качества фармацевтической помощи потребителем (пациентом) признается фундаментальной ценностью.

Обе стороны такого взаимодействия характеризуются (должны характеризоваться), прежде всего, более глубокими познаниями в связывающей и объединяющей их среде, где знание становится явным конкурентным преимуществом с целью достижения оптимального конечного результата. Другими словами, продавец (провизор в нашем случае) и покупатель (пациент) должны знать больше, чтобы их взаимодействие приводило к лучшим результатам: гарантированному излечению или профилактике заболевания.

Качество знаний — вот главная цель и конкурентное преимущество XXI в., в области фармации — прежде всего, ибо от этого зависит здоровье индивидуума и общества. Полагаю, что качество знаний — это существенный элемент "новой реальности", с которой непременно следует считаться, если хочешь достичь большего. Качество знаний — это новая парадигма фармацевтического смысла в эпоху глобализации и гармонизации фармацевтического дела, как никогда ранее нацеленная на сохранение здоровья, излечение и предотвращение заболеваний. Здоровье — лучший инструмент (способ) достижения практически любого положительного жизненного результата и залог дальнейшего цивилизационного развития.

Сегодня, как никогда ранее, становится понятным, что фармацевтический смысл — это смысл особый. Ментально он не только совершенствует сознание его носителя, но и экстраполирует это совершенство на другие, близкие смыслы человеческой деятельности: медицину, культуру, искусство, образование, науку, производство, торговлю, политику, семейную жизнь. Ведь главный постулат фармацевтического смысла — это, как известно, защитить, не навредить сегодня и позаботиться о том, чтобы помочь завтра, т.е. прогнозировать последствия реализации своих компетенций.

С точки зрения профессионального менталитета XXI в. можно сформулировать следующие позиции, раскрывающие (детализирующие) сущность фармацевтического смысла:

• научно обоснованная защита здоровья индивидуума на основе реализации профессиональных компетенций в интересах социума;
• прогнозирование последствий (в т.ч. отдаленных) применения фармацевтических пособий, в особенности на начальных стадиях мониторинга;
• профессиональная оценка рисков при разработке, исследовании, производстве и, главное, применении средств фармакотерапевтического пособия в рамках фармаконадзора;
• постоянное совершенствование собственных профессиональных фармацевтических компетенций;
• научная популяризация фармацевтических познаний у населения путем распространения соответствующей доброкачественной фармацевтической информации с целью формирования навыков надлежащего (осознанного) потребления лекарственных и профилактических средств;
• оказание достойного профессионального противодействия попыткам самодиагностики и самолечения;
• противодействие навязчивой, назойливой, непрофессиональной, компрометирующей ценность фармацевтической помощи, рекламе.

Фармацевтический смысл приучает нас заниматься не только процессным проектированием (т.е. совершенствованием текущей деятельности), но и планированием проектным (т.е. креативным, инновационным, устремленным в будущее), что в XXI в. приобретает особое значение, поскольку текущее столетие обещает стать самым инновационным за всю историю существования человечества.

Мои коллеги, читающие эти строки, наверняка найдут в себе нечто такое, что поселилось в их сознании (душе) именно в результате получения фармацевтического образования и последующей профессиональной деятельности, а именно: коммуникабельность, терпение, сопереживание (эмпатия), вежливость и внимательность, забота о здоровье собственном и близких, умение заглянуть в будущее, экономность и, возможно, интеллигентность. Если же эти черты были присущи индивидууму и ранее, то после приобщения к фармации они, наверняка, усилились, приобретя более объемное, всестороннее звучание.

Поскольку не менее 90% личного фармацевтического состава нашей страны (да и в мире) — это женщины, фармацевтические смыслы моделируют их природные положительные коммуникативные черты в направлении достижения истинного совершенства. Убежден, что это именно так.

Рискну предположить, что, оказавшись в "новой реальности", нам предстоит по-новому оценить значение фармацевтических смыслов с позиций профессионального целеполагания, доступности, разумности и целесообразности, серьезно задуматься о поддержания здорового образа жизни на основе немедикаментозных технологий, вернуться к постулатам валеологии[5] — науки, предусмотрительно разработанной и предложенной в нашей стране еще в прошлом веке и незаслуженно забытой в текущем. О том, как собрать все это воедино — в следующих публикациях.